Книга Живые и мертвые, страница 90 – Ярослав Заболотников

— Нам сюда, — Леонардо указал на приоткрытую дверь в тёмное помещение.

За ней оказалась маленькая лаборатория. Навесные шкафчики. Полки со склянками. Стол с алхимическими инструментами и пятью свечами. Заострив на них внимание, Лайла поняла, что это не свечи, а установленные на подставке колбы со светящимся содержимым: от оранжевого до красно-оранжевого.

Стянутая с левой руки перчатка обнажила бледную когтистую руку, и у стены из чёрных клубов тумана образовалось высокое кресло:

— Присаживайся, — колдун подождал, пока Лайла опустится на упругое сидение из кожи. — Если угодно, могу обездвижить тебя или погрузить в анабиоз.

— Будет настолько больно?

— Оптическая коагуляция тебе не понравится.

— Вытерплю, — уверенно ответила вампирша. — Хочу чувствовать себя гостьей, а не пленницей.

— Похвальное желание. Тогда приступим. Опираясь на теорию вероятности, начнём с варианта, адаптированного под твою активную среду и структуру крови. Возможно, остальные и не потребуются.

Взятая когтистой рукой колба. Блеснувший в пальцах шприц. Игла еле различимо коснулась пылающего вещества и отпрянула. Невероятно маленькая доза говорила о запредельно мощном действии эссенции.

Леонардо приблизился, аккуратным движением убрал с шеи каштановые локоны — Лайла отклонила голову, чтобы не препятствовать уколу. Скорее всего, в артерию, откуда вещество сразу разойдётся по организму. По крайней мере, так писали в медицинских трактатах. И не врали. Едва игла пронзила кожу, от шеи начало разливаться тепло. Тронуло голову, двинулось к плечам и ниже. Стало нарастать, стекать по ногам расплавленным воском. Веки устало опустились. После ненастной погоды это даже казалось приятным. Всё горяче́е и горяче́е, точно дыхание вскормленного дровами костра. А потом принялось обжигать. На грани боли. За считанные секунды тело наполнилось таким жаром, словно вокруг бушевал пожар. Спешно поднятые веки — взор утонул в ярком свете.

— Очень жарко, — с налётом волнения сообщила Лайла. — И я ничего не вижу. Будто на солнце смотрю.

— Зато в такие моменты ты можешь оценить самую невзрачную особенность вампиризма: отсутствие потоотделения.

— Я серьёзно.

— Я — тоже, — мягко ответил Леонардо. — Твои ощущения соответствуют моим ожиданиям, а зрение скоро вернётся… если ты мне немного поможешь.

— Чем я могу тебе помочь? — в вопрос прокралось непонимание.

— Регенерацией. Для твоего удобства я сделаю это одновременно.

Вампирша не видела двух тонких шприцов возле своих сиявших огнями глаз, но поняла всё правильно — лежавшие на подлокотниках пальцы крепко сжали лакированную древесину:

— Я готова.

Иглы с непревзойдённой точностью пронзили глаза — Лайла вскрикнула от невыносимой боли. Она нарастала вместе с опусканием поршней, выдавливала самообладание. И всё же страх остаться слепой не позволил дёрнуться. Наконец Леонардо сделал шаг назад:

— Самое неприятное позади, — отложенные шприцы звякнули о стол. — Время оценить полученные регалии.

Тяжело дыша, Лайла проморгалась — прояснившийся взор упёрся в пламенный лик. В первые мгновения она не поняла, что смотрит на собственное отражение: отсутствие теней немного изменило привычные черты. Светящиеся пальцы коснулись огненной щеки под тусклыми углями глаз, неторопливо прошелестели по сияющим прядям. Удивительно, но на ощупь всё было таким же. Леонардо положил зеркало на стол, и Лайла окинула себя взглядом: на фоне обнажённых частей тела, заливавших лабораторию светом, зелёное платье казалось слишком тёмным.