Тем временем в приморское селение Зензили прибыл новый русский консул Иван Данилов, который сумел заинтересовать местного мятежного вождя Хаджи-Джеймаля идеей захвата Эльтона и богатств, отпущенных ему покойным шахом на постройку флота. Свыше тысячи мятежников двинулись на Ленгерут, разгромили верфь, разрушили хозяйственные постройки и разграбили все имущество, предназначавшееся для создания военных кораблей. Однако эскадру Эльтона люди Хаджи-Джеймаля сохранили и перевели ее в Зензили, а самого адмирала доставили в Решт (центр провинции Гилянь).
Тогда к берегам Персии отправились 10-пушечный гекбот «Святой Илья» и 12-пушечная шнява «Святая Екатерина» под командованием мичмана Михаила Рагозео и уже упомянутого Токмачева. Кроме боезапаса, на кораблях имелись зажигательные снаряды и нефть. Вначале они тайно направились в Решт, так как русские надеялись отбить Эльтона и вернуть его в Россию живым. Но высаженные на берег разведчики выяснили, что, не получив от адмирала сокровищ, мятежники убили англичанина. Одна из задач решилась сама собой…
Моряки отыскали два больших корабля эскадры, стоявшие в 12 милях от местного порта. Было решено ночью доставить на них шлюпками абордажную партию, переодетую в пиратов. Лжепираты должны были вырезать охрану и поджечь суда. Диверсантов возглавил мичман Токмачев, а Рагозео командовал судами, прикрывавшими операцию. Русские моряки готовились к схватке не на жизнь, а на смерть – ведь не было известно, сколько охраны мятежники оставили на таких ценных трофеях, как боевые корабли. Однако, когда шлюпки тихо подошли к бортам кораблей и абордажная партия поднялась на палубу… там никого не оказалось.
Моряки произвели необходимые измерения, заложили на кораблях зажигательные снаряды и облили нефтью. А, отойдя на безопасное расстояние, подожгли их. Экипажи «Святого Ильи» и «Святой Екатерины» дождались, пока оба судна полностью сгорят и их останки погрузятся на дно Каспия. Из-за того, что мичман Рагозео внезапно заболел и скоропостижно скончался, искать два оставшихся бота участники спецоперации не стали, решив, что для российских судов они не будут представлять опасности. По прибытии в Астрахань мичман Токмачев написал обстоятельный доклад руководству. Он указал все детали диверсии на Каспии и подробно расписал действия каждого из ее участников. Его рапорт был доставлен в Санкт-Петербург в ноябре 1751 года. Там очень обрадовались столь успешному исходу операции, так как ни у англичан, ни у персов никаких претензий к России не возникло.
Императрица Елизавета Петровна велела каждого из участников этой тайной экспедиции повысить на один чин и раздать им денежные премии. Правда, произошло это лишь спустя год. А британский флаг Каспий увидел лишь в XX веке, когда на обломках Российской империи сражались между собой белые и красные. Но это уже совсем другая история…
23 мая 1756 года. Вольный и Ганзейский город Гамбург. Тимофей Петров, он же Пьер Шиллингер, негоциант из Страсбурга
Значит, «Король Пруссии»? Не тот, который в Берлине, а тот, который в Гамбурге. И не человек, а корабль, который должен доставить нашу делегацию в Дюнкерк.
Я криво усмехнулся. По службе своей в Тайной канцелярии мне приходилось общаться с негоциантами из заморских стран, которые за кружкой пива рассказывали мне о том, что творится в мире. Большая часть из их рассказов была мне малоинтересна, но я терпеливо выслушивал байки купцов, рассчитывая позднее извлечь из них что-то для меня полезное.
