Книга Основано на реальных событиях, страница 77 – Алайна Салах

И это тоже ранит. Потому что раньше между нами не было никаких границ и разделений. Я была в курсе всех его дел, также как он знал о моих. А еще Влад никогда не считал нужным меня осекать, потому что точно знал, какая я. Вспыльчивая и порой резкая в силу своего неравнодушия.

— Нет, я так не считаю, — выговариваю я после секундной заминки. Каждое произнесенное слово царапает горло, но я знаю, что должна их произнести. Влад не заслужил сомнений в своей мужественности. – Извини. Наверное, я просто так за тебя волнуюсь.

Едва различимо кивнув, Влад кивает на припаркованный возле входа Ленд Круизер.

— Ты как, устала? – придерживая за руку, он помогает мне забраться в салон. – Хочешь домой или куда-нибудь еще съездим?

— Домой не хочу, — твердо отвечаю я. – Давай по городу покатаемся.

Намотав несколько кругов по центру, освободившемуся от заторов, мы спускаемся к набережной и останавливаемся на излюбленном автомобилистами пятачке, откуда открывается сногсшибательный вид на город. Одно из наших первых свиданий случилось здесь, когда мы чуть не занялись сексом, по неопытности не рассчитав продолжительность поцелуев.

Ненадолго отпустив мысль о сексе, я восхищенно исследую ночную панораму города с его бесконечными огнями и очертаниями небоскребов, отражающихся в чернильной толще воды. Все-таки осенью я больше люблю ночь, чем день. В ноябрьских сумерках куда больше красоты и настроения, чем в затянутом сером небе.

— Красиво так.

— Да, очень, — соглашается Влад, с жужжанием опуская спинку кресла. – Даже странно, что в это время здесь никого нет. Холодов, что ли, испугались.

— Это просто я удачливая, — с шутливой заносчивостью напоминаю я.

— Без сомнений, — соглашается Влад абсолютно серьезно. – Эх… этим летом мы даже на катере ни разу не прокатились.

— Нам обоим было не до этого, — я улыбаюсь, давая понять, что не преследую цели его упрекнуть. — Может, еще прокатимся как-нибудь. В следующем году.

С молчаливым кивком Влад задерживается взглядом на моем лице, что становится для меня сигналом к действию. Перекатившись на бок, я упираюсь ладонью в консоль и нависаю над его лицом.

В полумраке салона и без того темные глаза Влада кажутся бесконечно черными, неровное дыхание доносит запах мяты и сладость попкорна.

— Мы как-то здесь целый час целовались, — напоминаю я шепотом. – У тебя тогда была черная Хонда.

— Я помню. — Ладонь Влада опускается мне на талию и чуть заметно надавливает, делая нас ближе. – У тебя были гольфы и короткая юбка. Я тогда чуть с ума не сошел. Вообще непонятно, как менты нас за нарушение общественного порядка не забрали.

— Какая у тебя отличная память, — хрипло смеюсь я, намеренно задевая его лоб подбородком.

— Все, что с тобой связано, сложно забыть. Вернее, невозможно.

Пронзительное еканье в моей груди созвучно по силе ядерному взрыву.

Это именно то, что мне требовалось сейчас услышать. Не сейчас, а вообще всегда. Каждый день.

Преодолев расстояние в несколько сантиметров, я осторожно касаюсь губами его губ, и получаю моментальную реакцию. Ладонь Влада зарывается в мои волосы, и одновременно с этим его язык проникает мне в рот.

По телу проносится электрический разряд — от макушки до кончиков пальцев. Как же давно мы не целовались – кажется, будто не пару месяцев, а годы. А я всегда так любила целоваться с Владом: обожала вкус его слюны, его запах и то, как он все делает: когда надо – медленно и неторопливо, смакуя, а в моменты страсти – напористо и жадно, так что насквозь промокало белье.