Книга Основано на реальных событиях, страница 75 – Алайна Салах

— Вот, собственно, и все, что я хотела сказать, — промокнув глаза и поправив волосы, Марина снова смотрит на меня. — Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь забыть о том мерзком эпизоде. Прошу у тебя за него прощения.

Я посылаю ей ободряющую улыбку и киваю в знак того, что приняла извинения. Возможно когда-то мы сумеем общаться как раньше, а возможно и нет.

Время покажет.

— Ты уже в третий раз переодеваешься, — с иронией замечаю я, наблюдая за Дианой, крутящейся перед зеркалом. — Мне нравилось платье.

— А так, что, плохо? — она растерянно проводит ладонями по швам джинсов. — Мне показалось, что образ получился слишком пафосным. Празднование ведь будет в баре. Вряд ли кто-то станет наряжаться.

— Маленькое черное платье подходит к любому месту и событию, — напоминаю я, ощущая себя одновременно ее дуэньей и стилистом. — Ты же девушка, в конце концов! И имеешь право хотя бы по выходным носить платье и каблуки.

Диана скептически морщит нос.

— Когда-то я едва ли не каждый день так наряжалась.

— Обязательно надевай платье, — я перехожу на требовательный тон, как делаю всегда, когда не вижу нужды в дополнительных аргументах. — Срази там всех длиной своих ног и повеселись от души.

После небольшой заминки Диана начинает стаскивать с себя эти злополучные джинсы. Раньше именно она была вдохновительницей моих лучших образов, но после расставания с Костей резко сменила стиль и теперь не вылезает из антисексуальных шаровар и толстовок, словно всерьез вознамерившись стать законченным синим чулком.

— А ты сама что будешь делать? — Она вопросительно смотрит на меня в отражении.

От этого простого вопроса в груди трепетно екает. Кто бы мог подумать, что приглашение в кино от человека, с которым я прожила восемь лет, когда-то снова будет вызывать столько эмоций. Радость, предвкушение, волнение и самое настоящее ожидание чуда.

— Меня пригласили на свидание. Так что вполне вероятно, сегодня я не буду ночевать дома.

Рука сестры, удерживающая помаду, застывает у кромки губ, а взгляд становится удивленно-вопросительным.

— Та-а-ак, а можно поподробнее?

— Нет, нельзя. — самодовольно хмыкаю я, спрыгивая с дивана. — И очень вовремя, что мы об этом заговорили, потому что мне нужно принять душ. Отполировать все стратегические места — если ты понимаешь, о чем я.

— Ты стала странной, ты в курсе? – несется мне вслед. — То прогуливаешь работу под предлогом болезни, то плачешь полночи, то смеешься. Теперь вот дома не ночуешь.

А вот здесь мне при всем желании нечего ей возразить. Минувшие две недели были, пожалуй, самыми странными в моей жизни. Как я ни пыталась убедить себя в том, что мы с Владом лишь пытаемся прощупать, есть ли будущее у наших отношений, мои ожидания относительно наших встреч оказались сильнее.

После очередного совместного ужина, закончившегося приятельскими объятиями у подъезда, я полночи злилась и недоумевала. Почему при всем его видимом желании общаться, Влад не предпринимает попытки стать ближе хотя бы на уровне взрослого поцелуя? К чему тогда эти созвоны и ежедневные переписки без каких-либо решительных действий в мою сторону?

На эмоциях я даже хотела предъявить ему ультиматум: либо наши отношения получают ясность, либо нам стоит окончательно их разорвать.

Хорошо, что я решила не рубить с плеча, потому что затем мы не виделись еще три дня. Сначала Влад улетел на собеседование в соседний регион, а после на двое суток застрял на родительской даче, где прорвало трубу и затопило участок.