Онлайн книга «Ватажник»
|
Я ещё не дал согласия, а в лавке уже закипел торг. Сабуров давил, как индийский боевой слон, Брюхов отбивался, причитал, божился, дважды хватался за сердце и один раз чуть не заплакал. Я стоял рядом, держал рот на замке и наблюдал. Выглядело всё это, нужно сказать, презабавнейшим образом. Когда пыль улеглась, итог оказался таким: двести рублей за ружьё. Которые, разумеется, Сабуров вычел из того, что должен был мне Брюхов. Тот, услышав это, посветлел лицом и даже высчитал так, что ещё двадцать рублей доплатил мне сверху. Правда, Сабуров и тут остался собой, и к ружью в нагрузку пошли кожаный чехол, коробка капсюлей и горсть пуль — «в подарок-с, за хорошее знакомство-с» — с кислой миной процедил Брюхов. После чего выпроводил нас и остался в лавке оплакивать свои потери. На улице я взвесил в руках нежданное приобретение и посмотрел на Сабурова. — Двести рублей, — сказал я. — Не дорого ли отдал? — Дубравин, — Сабуров посмотрел на меня как на ребёнка. — В Петербурге тебе такое за все триста продали бы. А то и за триста пятьдесят. Старый абрикос сам не понял, какое сокровище к нему в руки попало. Ещё и чехол, вон, отдал. Ружьё — отличное, поверь мне. А уж в дозоре так вообще цены второму выстрелу не будет. Так что даже не думай — отличная покупка. Особенно учитывая, что своих денег ты за неё не отдавал. — Ну да, — хмыкнул я. — И даже двадцать рублей сверху получил. — Вот и славно, — Сабуров хлопнул меня по спине, отчего чехол подпрыгнул. — Впрочем, сейчас мы эти двадцать рублей и потратим. Я с недоумением на него уставился: — В смысле? — В прямом! за одёжкой тебе пойдём, барин! Я посмотрел на свою одежду и снова перевёл непонимающий взгляд на Сабурова. — А что не так с моей одеждой? Или для мертвяков она не годится, в высший мертвяцкий свет не пустят? — Всё не так, Дубравин, — Сабуров покачал головой. — Решительно всё. Нет, брат, это никуда не годится. Сейчас мы тебя правильно одевать будем. * * * Противостоять Сабурову, когда тот что-то вбил себе в голову, было решительно невозможно. Тот не хотел ничего объяснять, твердил лишь «увидишь — сам поймёшь». В конце концов, я плюнул, и пошёл следом за ним. Спорить с ним всё равно было бесполезно. Сабуров привёл меня на Торговую, через два дома от Брюхова, к лавке с вывеской «Дорожная одежда и амуниция. Сукно, кожа, готовое платье». Вывеска была свежая, буквы — аккуратные, и над дверью болтался жестяной всадник с ружьём за спиной. Не самая обычная вывеска для портного, но и Порхов — не самый обычный город, если подумать… Едва мы переступили порог, откуда-то из-за стойки выскочил приказчик — юркий, вертлявый малый в жилетке поверх рубахи — и тут же принялся суетиться. — Добро пожаловать-с! Чего изволите-с? У нас имеется широчайший выбор одежды для верховой езды, сюртуки дорожные, плащи-с, накидки-с… — Не то, — оборвал его Сабуров, как обрубил. — Зови хозяина. Приказчик пискнул что-то, юркнул за занавеску и исчез. Через минуту вышел хозяин — невысокий жилистый мужик с короткой бородой и цепкими глазами. Надет на нём был кожаный фартук, а подкатанные рукава белой рубашки открывали тёмные мозолистые руки, какие бывают от работы с дратвой и шилом, а не с пером и бумагой. Мастер, а не торговец. Или и то и другое разом. |