Книга Помещик, страница 139 – Юрий Уленгов, Алекс Хай

Зазвенело, посыпалось стекло, щёку резануло болью — но я уже был внутри. Поскользнувшись на чём-то, едва не упал, наткнулся на полки, зазвенела падающая посуда… Позади меня в лавку неуклюже запрыгнул ватажник.

— За мной, к чёрному ходу! — крикнул я, сориентировавшись в темноте. Позади рычали мертвяки, пытавшиеся пролезть за нами.

Пробежав лавку насквозь, я остановился у дверей. Нащупал засов, выбил его ударом сапога и распахнул дверь. В лицо пахнуло ночной прохладой. Улица. Пусто.

Я потянулся Даром. Вокруг полыхало, но непосредственно у лавки было пусто. Отлично. Вперёд!

— Быстрее!

Мы выскочили на улицу и понеслись дальше. Сапоги громыхали по мостовой, звуки отражались от стен, и казалось, что вся орда несётся следом за нами. Однако вокруг было пусто.

Пока пусто.

Наконец, мы выскочили на площадь.

В здании управы горел свет. Не привычный жёлтый, а зловещий, призрачный зелёный, отбрасывающий на улицу рваные тени. Перед управой лежали тела. Несколько мертвецов бродили у крыльца, ещё трое стояли на ступенях. Нити тянулись сюда отовсюду — с соседних улиц, от свежих трупов, от посада, от дальних окраин — и уходили внутрь здания.

Мне уже не требовалось использовать Дар, чтобы понять, где находится источник зла, захлестнувшего город этой ночью. Его давление чувствовалось и так.

В ножнах задрожал нож некроманта.

Мертвецы у крыльца повернулись к нам. Я переломил двустволку, нащупал в кармане два патрона и зарядил стволы. Рядом со мной встал ватажник, сжимавший в одной руке пистоль, а в другой — рукоять кавалерийского палаша.

Я поднял ружьё и прицелился, готовясь встретить мертвяков. Вот только они не бросились на нас. Вместо этого они отступили к перилам, освобождая проход.

Дверь управы открылась.

На крыльцо вышел высокий и крепкий мужчина в дорожном платье. Широкие плечи, окладистая русая борода, крупные руки с набитыми костяшками… Он остановился между расступившимися мертвецами и посмотрел на меня холодно и внимательно.

Когда я в последний раз видел этого человека, он был облачён в церковное платье, а не в мирскую одежду. Однако не узнать его было невозможно. Слишком уж врезались в память характерные черты лица. А уж этот взгляд…

— Надо же, какая встреча, — хрипло проговорил я. — А я уж думал, вы запропали куда-то. В прошлый раз исчезли так стремительно, даже не попрощались… На кого ж вы свой приход-то оставили, отче? Старая Русса-то далече отсюда…

Отвечать мне отец Никифор не встал. Его глаза полыхнули зеленью — и тут же все мертвяки, что были на площади, как по команде замерли, а потом медленно повернулись в нашу сторону. Я сглотнул и упёр приклад двустволки в плечо. Чую, непростая сегодня ночка намечается…

Впрочем, а кто говорил, что будет легко?

Первому же бросившемуся ко мне мертвяку я снёс половину головы. Второй выстрел угодил следующему в грудь, развернул его и сбил со ступеней. Рядом грохнул пистоль ватажника, и ещё одна тварь ткнулась лицом в мостовую.

Остальные полезли следом.

Те, что стояли у крыльца, двинулись прямо на нас, ещё несколько показались из-за управы. С улицы, по которой мы только что прибежали, донеслось сипение. Я переломил двустволку, однако сразу понял, что перезарядить её мне не дадут.

— Назад! — крикнул я, отступая к середине площади.