Книга Конфидент, страница 115 – Юрий Уленгов, Алекс Хай

Граф наклонился вперёд, придирчиво осмотрел рукав, потом откинулся обратно.

— Тебе ли теперь жаловаться? После вчерашнего ты человек состоятельный. Целый шкаф таких фраков можешь себе позволить, а то и два.

— Я не имею привычки заказывать одежду шкафами, — сердито ответил я. — В отличие от некоторых.

— Именно поэтому тебя и позвали на бал только после того, как ты спас посла.

— А тебя на него вообще не звали, так что сиди молча, — не сдержался я.

Я всё-таки поправил воротник. Бергер постучал набалдашником трости по моему колену.

— Оставь его в покое. И не скупись. Сейчас ты купил не фрак, а возможности. Сегодня тебя увидят люди, к которым иной псковский помещик годами будет пытаться попасть хотя бы в переднюю.

— Ружья всё равно полезнее.

— В Псковской губернии — возможно. Но мы пока в Петербурге.

Карета замедлилась. За окном потянулась вереница экипажей, фонарей и лакеев в парадных ливреях.

Я не просто так издевался над Бергером. На этот раз приглашённым гостем действительно был я. Посол сдержал обещание, и за три дня до бала в дом к тётушке доставили два приглашения. Одно предназначалось Александру Алексеевичу Дубравину, второе — тому, кого он пожелает взять с собой. Разумеется, я позвал Бергера. После всего, что он сделал для моего возвращения в петербургское общество, было приятно хоть раз протащить туда его самого.

Для бала прусская миссия выбрала новый дом князя Лобанова-Ростовского у Исаакиевской площади. Здание занимало едва ли не целый квартал, и сегодня все его окна сияли. Экипажи подкатывали к подъезду один за другим, высаживали гостей и тут же уезжали, освобождая место следующим.

Охраны оказалось больше, чем гостей на ином провинциальном празднике. У подъезда стояли гвардейцы, вдоль ограды прохаживались люди генерал-губернатора, возле дверей чернели рясы церковников.

Бергер выглянул в окно и уважительно присвистнул.

— Серьёзно. Я ещё не видел, чтобы ради какого-то бала так старались…

— Потому что тебя никто не приглашал в по-настоящему высшее общество, — не преминул пошутить я над другом.

Карета остановилась. Лакей распахнул дверцу.

Я выбрался первым и осмотрелся по сторонам. Да, действительно, бал поражал своим размахом. Как бы я ни хорохорился перед Бергером, но это меня никогда не приглашали на подобные мероприятия, и глядя на собравшуюся публику, я ощущал себя неотёсанным провинциальным помещиком, лишь благодаря счастливой случайности попавшим в окружение высшего дворянства. Впрочем, я таковым и был. И, более того — церковники достаточно явно пояснили мне, что таким я и должен оставаться в течение всего бала. Ну что же, хотя бы это у меня получится без нареканий.

Мы поднялись в дом.

В передней толпились гости. Слуги принимали шинели, сверяли приглашения и передавали фамилии распорядителям. Нас пропустили быстро. Моё имя в списке нашлось сразу, Бергера записали рядом, после чего один из лакеев уже собирался проводить нас дальше.

У локтя возник неприметный господин в сером фраке.

— Александр Алексеевич? Позвольте вас на минуту.

Он указал на нишу за колонной.

Я переглянулся с Бергером и отошёл вместе с ним. Серый господин дождался, пока портьера скроет нас от передней, и негромко представился:

— Я от военного генерал-губернатора. Будьте добры сдать оружие.