Книга Рождество в Лондоне, Новый Год в Москве, страница 15 – Ашира Хаан

— Да, – Алекс проследил за моим тоскливым взглядом. – Я даже в Москве коллекционировал жетончики и юбилейные билеты. Ладно, пошли на Пикадилли. Будет тебе рождественский тур.

Рождество, Новый год и День рождения одновременно – вот что это была за прогулка. Мы покупали стаканчик кофе на вынос как только заканчивался предыдущий и каждый раз это был новый специальный рождественский кофе: с апельсиновыми цукатами, с пряничным сиропом, с маршмеллоу, с шоколадными чипсами, с карамелью и ирисками, с вишней и сахарными звездочками, со взбитыми сливками, посыпанными невесомой какао-пудрой. Алекс показал мне все самые красивые елки Лондона и одну – самую уродливую, на Трафальгарской площади. Ее каждый год дарит Норвегия и каждый год над ней смеется весь город. Миленькая традиция.

В крошечных двориках, куда ни за что не попадешь, если не знаешь, где свернуть, мы находили елки, составленные из пивных бутылок, вырезанные из зеленого сыра с базиликом, нарисованные на мостовой разноцветными мелками. Я сделала не меньше сотни фотографий разных елок, а Алекс находил мне еще и еще. Он действительно хорошо знал город.

И вел себя – подчеркнуто дружелюбно. Брал за руку, покупал кофе, смешил и развлекал. Когда я устала и сказала, что у меня лапки – поймал черный кэб и привез обратно в дом к Петрову и даже выдал свои шерстяные носки, чтобы я могла согреться. На носках были вышиты трахающиеся олени и Санта в красной шапочке совсем не на голове, но я сделала вид, что не заметила.

А когда вечером вернулся с работы Колька и мы снова устроились на полу в гостиной с готовыми обедами, разогретыми в микроволновке, он вдруг снова превратился в молчаливого эротического террориста.

Пока я на кухне разогревала лазанью для Петрова и мясо с овощами для себя, Алекс стоял вплотную к микроволновке со скрещенными руками, так что мне приходилось прижиматься к нему, чтобы протиснуться к открытой дверце.

Стоило отойти, чтобы достать из холодильника сыр и оливки, как он переместился уже туда и тоже встал так, чтобы я хоть локтем да задела его твердые мышцы пресса. Страшно хотелось этот локоть в них воткнуть, но я же вежливая.

Когда тянулась за пивными бокалами, мужские руки легли мне на талию.

— Эй! – не выдержала я. – Что происходит?!

— Я боялся, что ты упадешь, – нагло заметил он.

— Я стояла на полу, а не на табуретке!

— Извини, не заметил, – пожал он плечами, но руки так и не убрал.

— Что ты вообще тут делаешь? – возмутилась я.

— Помогаю.

На такую наглость у меня ответа не нашлось.

— Ты сам-то что будешь есть?

— Я фиш-н-чипс купил, и они уже остыли, пока ты возилась!

И Алекс свалил из кухни, даже не захватив с собой бокалы и пиво. Помощник, блин.

Пришлось разыскивать поднос и волочь самой.

— Жена с детьми у тебя тоже питается полуфабрикатами? – поинтересовалась я у Кольки, с наслаждением поедая эти самые полуфабрикаты, неожиданно вкусные, намного вкуснее, чем наши замороженные обеды.

— Да ты что! – он сделал страшные глаза и даже подавился лазаньей. – У нас тут праздник непослушания просто. Обычно мы едим в столовой. А с тех пор как мелкие подросли – с полным комплектом приборов, чтобы учились.

— Вам повар готовит? – я краем глаза наблюдала за Алексом, который постепенно смещался в мою сторону, но очень незаметно – вот ноги вытянул, вот оперся рукой, потянулся за салфетками – и так уже преодолел метра полтора.