Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 37 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

А потом мне стали сниться страшные сны. Однако это не были призраки людей, впавших в нищету, ставших беженцами и убитых при моем попустительстве и одобрении — нет, такое меня не беспокоило. Мне снилось, что я, задыхаясь, бегу по бесконечному туманному коридору, а следом, захлебываясь лаем, мчатся адские гончие, а еще дальше слышен топот копыт коней всадников Апокалипсиса. Я бегу быстрей, быстрей, еще быстрей, а псовый лай все приближается, и черный, как мрак, конь уже почти за спиной. И вот в тот миг, когда должен быть нанесен смертельный удар, я просыпаюсь вся в поту, с бешено бьющимся сердцем и пересохшим ртом. И так каждую ночь.

Потом стали сниться допросы. Коротко стриженый человек с колючими ледяными глазами спрашивал меня, как я пришла к своему успеху, а его прислужники то жгли мне пятки огнем, то загоняли под ногти толстые иголки. Меня распинали на дыбе, пороли гибкими прутьями, топили в воде и кричали: «Виновна, виновна, виновна!». Умирая от этой пытки, я снова просыпалась в холодном поту, понимая, что это еще не само наказание, а только его предчувствие.

Я никому ничего не говорила, в первую очередь потому, что знала — до меня никому нет дела. Билли выглядел так, будто ничего особенного не происходит, по крайней мере, я не замечала изменений в его поведении, как будто в любой момент под нами не может разверзнуться земля, после чего мы полетим головой вниз до самого адского пекла. Мне даже стало известно, что он опробовал пару новых цыпочек-практиканток, и остался ими вполне доволен, а я не имела уже никакой возможности навредить этим девкам. Одна из них куда-то пропала, но все сделали вид, что так и надо, и я тоже не стала интересоваться ее судьбой.

Иногда казалось, что мой муж просто не понимает серьезности положения, а иногда, что он уже выпросил у императора Сергия личную индульгенцию, и потому ведет себя столь беспечно. Нет, такого не может быть, потому что не может быть никогда… Мой Билли — не более, чем легкомысленный дурачок, которым так легко было манипулировать, а император Галактики наверняка жестокий хладнокровный убийца, вероятно, лично замучивший и казнивший уже миллионы демократических оппозиционеров и узников совести.

День шел за днем, и хоть по большому счету ничего не происходило, я всем своим нутром чувствовала, что черные тучи сгущаются, блещут молнии и непрерывно гремит гром. Вот минуло Рождество, которое я встретила будто собственные похороны. Миг расплаты приближался с каждым днем, я чувствовала его буквально всей кожей. И вот настала судная ночь, когда мы проснулись от ярчайших вспышек и тяжкого грохота, потрясшего, казалось, весь Вашингтон. Выглянув из окна, я увидела остывающие огненные грибы, примерно как от ядерных взрывов, поднимающиеся в черные небеса там, где находились Пентагон и комплекс зданий ЦРУ в Лэнгли.

Вжав голову в плечи, я ждала, когда беспощадная огненная смерть обрушится и на Белый дом, но ничего подобного не произошло. И тогда я поняла, что император Галактики продолжает свои игры, желая меня с мужем и дочерью в свои личные пленники, а потом и жертвы. Страшно было так, что свело челюсти и заболели зубы, но на самом деле внутри себя я уже смирилась с неизбежностью ужасного исхода и желала лишь одного — чтобы все закончилось как можно скорее и не очень больно.