Онлайн книга «Год 1991-й. Вторая империя»
|
Когда они вышли, я вздохнул с облегчением. Госпожу Скавронскую удалось окончательно реморализовать и пристроить наилучшим образом. А меня ждут дела в Баку, где от известия об армяно-азербайджанском соглашении в буйных головах уже закипает моча. Вырубать такое следует сразу и под корень. 28 декабря 1991 года, 11:15 мск. Околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи Перед тем, как начать решать проблемы в Баку, я решил встретиться с тремя бывшими «хозяевами» этой территории: Гейдаром Алиевым, Кямраном Багировым и Абдурахманом Везировым. Исходя из того, что я увидел Истинным взглядом в господине Муталибове, стало понятно, что на роль Бакинского генерал-губернатора этот человек не годен категорически — значит, нужно проработать разные запасные варианты. При Алиеве Азербайджан был лоялен советскому строю, но насквозь пронизан коррупционными и клановыми связями. Все дела там делались по родству или за солидный бакшиш, а выбиться «в люди» простой человек мог, лишь удачно женившись на дочке большого начальника. Если до Алиева должности почти открыто продавались и покупались, то при нем все важные посты заняли его земляки из Нахичевани, в том числе ближняя и дальняя родня. Однако при этом человеке Азербайджан стал одной из самых процветающих советских республик, и дело тут не только в дотациях из Центра, но и в хозяйственности главного раиса, не стеснявшегося нагнуться за копеечкой. Власть сменилась в восемьдесят втором, когда Алиев ушел с повышением на должность зампредсовмина СССР. Товарищ Багиров был идейным преемником и продолжателем дел прежнего хозяина, и при нем поначалу все в республике развивалось в прежнем ключе развитого социализма. Но потом на московский трон вскарабкался месье Горбачев, и начались кунштюки с перестройкой, демократией, гласностью и… вырубанием виноградников. Ухудшение финансового положения населения совпало с ростом националистических настроений. И тут тоже все верно, ведь при социалистической демократии оппонировать коммунистам у власти могут только деятели с националистическими убеждениями, которых КГБ по указанию из Москвы повыпускал из-под спуда на всех национальных территориях, а не только в Азербайджане и Армении. В соответствии с этими же веяниями националистическим душком пропиталась и часть коммунистического руководства Азербайджана, что отозвалось увеличением давления на национальные меньшинства, в первую очередь на армян. Карабахская проблема в первый раз бабахнула в восемьдесят восьмом, тогда еще без единого выстрела. Совет депутатов Нагорно-Карабахской автономной области обратился к советскому руководству с официальной просьбой изъять эту территорию из состава Азербайджана и передать Армении. При этом депутаты-азербайджанцы то заседание совета бойкотировали, и участия в голосовании по вопросу территориальной принадлежности Карабаха не принимали. Так на тлеющие угли уже разгорающегося национализма плеснули ведро керосина. И тут же пролилась первая кровь. Под Аскераном (это в самой НКАО, в Шушинском районе) и в Сумгаите население азербайджанской национальности толпой поднялось громить и резать своих армянских соседей за то, что те инородцы и иноверцы, а потому не признают никаких местных авторитетов и вообще желают отделиться от Азербайджана и присоединиться к Армении. И уже эти события резко радикализировали карабахских армян. При этом официальные власти в Баку и лично товарищ Багиров утратили контроль над ситуацией и могли только бить по хвостам, снимая с работы проштрафившихся стрелочников. Известный российский теледеятель азербайджанского происхождения Михаил Гусман говорил, что Кямран Багиров был порядочным, некоррумпированным человеком, но в то же время очень слабым политическим лидером. Впрочем, и в Ереване могли лишь разводить руками: деятели в Степанакерте не подчинялись им никаким образом. |