Онлайн книга «Год 1991-й. Беловежская Голгофа»
|
— А кто это будет проверять, и вообще, кто будет править страной после того, как вы турнете со своих мест и Ельцина и Горбачева? — спросил маршал Язов. — Костяк будущего российского правительства переходного периода сидит сейчас здесь, передо мной, — ответил я. — Министр обороны, министр промышленности, министр науки и образования, министр сельского хозяйства. Есть наметки на премьер-министра, министра финансов, министра внутренних дел и председателя КГБ, но там не все однозначно, поэтому с этими кандидатурами надо будет работать уже после акции в Вискулях. Если будет надо, я и майора милиции сделаю министром, лишь бы он служил не за страх, а за совесть. И еще. Все люди, что пошли со мной на сотрудничество, всегда получают то, что не купить ни за какие деньги — то есть полное восстановление здоровья и реальное физическое омоложение. И этот мир не будет исключением. Dixi! Я так сказал! 8 декабря 1991 года, 21:05 мск. Околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи С самого начала сходняка в Вискулях за собравшимися там деятелями через просмотровый портал наблюдали люди из ведомства Бригитты Бергман, фиксируя на кристаллы памяти каждую мелочь — кто, кого и на что уговаривал и как составлялся итоговый документ, который и должен был изменить судьбы мира. И в то же время в Вашингтоне с самого утра по местному времени у телефона изнывал от нетерпения президент Джордж Буш, ожидая звонка от всероссийского алкоголиссимуса. Уяснив, что дело там движется небыстро, потому что Кравчук и Шушкевич маются сомнениями, и команде российских христопродавцев еще приходится их уговаривать, я на челноке без особой помпы смотался в Кабул, где продуктивно переговорил с Наджибуллой без лишних свидетелей. Между прочим, Абдул Вакиль в силу своей должности министра иностранных дел тоже присутствовал при разговоре, только на этот раз вел себя тихо и никаких идиотских лозунгов не выкрикивал. Это столь сильно местную публику впечатлили река лавы, текущая по Панджшескому ущелью и идеальный порядок, наведенный моими злобными девочками в Пакистане. Ну а потом, когда я, подписав все документы, в самом конце сказал, что при итоговом разборе полетов на такой пережиток колониальной старины, как линия Дюранда, можно будет наплевать, так как все пуштуны должны жить в одном государстве под названием Афганистан, счастью этого персонажа не было предела. В свое время он отчаянно сопротивлялся Женевскому соглашению между Афганистаном и Пакистаном, признающим эту границу, а подчиненные Эдуарда Шеварднадзе выкручивали ему руки, потому что так решили Горбачев и в те времена еще Рейган. Прежде чем рекламировать пиццу-хат, этот деятель с пятном на лбу по сниженным ценам торговал интересами Родины и ее союзников. Но мне все их договоренности безразличны, зато я понимаю, что вместе с линией Дюранда, делящей один народ пополам, исчезнет и серая зона, из которой в Афганистан может прийти беда. Однажды хаос в Пакистане створожится в систему, нынешнее состояние там не навечно, и вновь образовавшееся государство, кто бы ни взял в нем власть, будет активно враждебно и Индии, и Афганистану. Но это так, только заявка на будущее, поэтому, обнадежив партнеров и попрощавшись, я метнулся обратно досматривать последний акт то ли мелодрамы, то ли кинокомедии. Ельцин Кравчука и Шушкевича уговорил, и теперь они вместе, в основном усилиями Бурбулиса и Гайдара, составляли ту самую бумагу, которая должна потрясти мир. |