Книга Год 1976, Незаметный разворот, страница 118 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Нет, не сочту... - сказала я, после чего мы пожелали друг другу доброй ночи, и я зашла в башню...

Мне хотелось петь от счастья. Как хорошо, что госпожа Зул заставила меня сегодня пойти на «танцульки»! В сердце моем расцветали незабудки. Я вспоминала лицо красивого парня, которому я явно понравилась, его голос... Мне хотелось верить, что он испытывает те же чувства, и я уже предвкушала нашу следующую встречу... Всю мою неуверенность и беспокойство как рукой сняло.

Примерно к часу дня в квартиру Владимира Высоцкого и Марины Влади заявилась теплая компания: два единокровных «брата-акробата» балетмейстер Кирилл Ласкари и актер Андрей Миронов, невеста Миронова актриса и певица Лариса Голубкина, а также переводчик и журналист Михаил Брук. Ну, воскресенье же, ептить, самое время ходить в гости и вести разговоры под бутылочку сухого вина, а то и не одну.

Встретили гостей как родных, по русскому обычаю накрыли стол, поговорили, попели под гитару песен... и вроде пили все одинаково, но хозяева дома, Лариса Голубкина и Михаил Брук были лишь слегка навеселе, Андрей Миронов был «тепленький», а Кирилл Ласкари, положив голову на плечо хозяйке дома, находился уже на грани полной анестезии. Хоть ты режь его, хоть шей. И тут в дверь квартиры позвонили протяжным звонком. Так на боевом корабле звучит сигнал боевой тревоги, призывающий команду занять свои места по боевому расписанию. Гости и хозяева премного удивились, ибо никого, кроме уже присутствующих, в этот день не ждали. Владимир Высоцкий пожал плечами и, отложив в сторону гитару, на правах хозяина пошел открывать...

И вот дверь открывается - и там, за порогом, собственной персоной стоит сам Генеральный секретарь Коммунистической Партии Советского Союза Леонид Ильич Брежнев, в пальто и шляпе...

Высоцкий моргнул. Потом провел рукой по лицу. Видение не исчезало. На лице хозяина квартиры удивление сменялось недоверием с некоторым оттенком испуга: «А не сошел ли я с ума?»

-Добрый день, Семеныч! - непринужденно сказал Брежнев и, потянув носом, спросил: - Бухаешь? Не надоело еще?

Высоцкий не успел ничего ответить, как донесся голос Марина Влади с сильным французским акцентом:

— Володя, кто там? Участковый?

— Нет, Марина, не участковый, - повернув голову, ответил Высоцкий. - Бери выше - Брежнев!

Взрыв хохота раздался из комнаты.

— Как Брежнев?! - весело воскликнула Влади. - Настоящий?!

— Настоящий, настоящий, - громко, так, чтобы слышали все, подтвердил Ильич Второй, -Для своих - просто Лёня. Ну что, Семеныч, ты позовешь гостей в дом или мы так и будем разговаривать на пороге, будто нерусские?

В глазах поэта мелькнула какая-то догадка, и на лице появилась кривая улыбка. Затем он подмигнул нежданному гостю, очевидно, решив, что его разыгрывает кто-то из друзей, загримировавшись в генерального секретаря. Только вот кто это, он никак не мог понять, и пристально вглядывался в лицо Брежнева, отмечая, что грим наложен с исключительным мастерством, а голос один в один подражает оригиналу. Ведь Брежнев тот еще артист разговорного жанра, известный всей стране своими многочасовыми выступлениями.