Книга Год 1976, Незаметный разворот, страница 119 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ну что, Володя, зови его! - крикнула Влади. - Пусть заходит!

И опять раздался приглушенный смех - это остальные, очевидно, уже начали острить.

Высоцкий, все еще теряясь в догадках, сделал приглашающий жест.

— Я не один, - честно предупредил Брежнев. - Со мной еще два товарища...

— Надеюсь, это не Демичев и Суслов? - пытаясь пошутить, спросил хозяин квартиры.

— Нет, - покачал головой Ильич Второй, - это даже не Громыко и Устинов, талант у которых побольше, чем у иных прочих. Мои спутники - это Сергей Сергеевич Серегин, единый в многих лицах, и лейтенант¹ Ника Зайко, для своих товарищ Кобра. Таких людей ты, Семеныч, еще в своей жизни не видел... А вот они тебя хорошо знают и являются большими поклонниками тво-

Звание лейтенанта Кобре присвоил товарищ Сталин: неудобно. когда одна из самых важных особ в воинстве Серегина ходит в сержантском звании. От царей из рода Романовых Темная Звезда повышения в звании не принимала, а вот кубари из рук Отца Народов взяла.

его таланта.

В проеме двери появились двое по-своему необычных людей. Высоцкий быстро оглядел их.

— Ну что ж, проходите, гости дорогие, раз уж хозяйка не против, - сказал он с нарочитой веселостью, стараясь скрыть свое замешательство. - Милости прошу! И да - разуваться не надо!

И вот эта троица в сопровождении хозяина вошла в комнату. И все шутки мигом прекратились. Компания, вскочив с кресел и дивана, при этом стремительно трезвея, в изумлении смотрела на странных гостей. В голове у каждого звучала мысль: что все это значит? Что за розыгрыш? Или... не розыгрыш?

Спутники «Брежнева» производили такое впечатление, что тот на их фоне даже как-то немного терялся. От них веяло чем-то... нездешним. В глазах их светилось нечто такое, что, казалось, они могут видеть насквозь.

Нет, это явно не артисты, и все это не розыгрыш... К такому выводу пришел Высоцкий, внимательно разглядев этих двоих. И что-то шелохнулось в его душе - как будто он оказался перед пологом некой тайны, которая вот-вот приоткроется и явит невиданные чудеса... Он просто чувствовал это своим уникальным чутьем гения.

Мужчина, русоволосый и сероглазый, среднего роста, мускулистый, был одет в псевдосовет-скую форму с петличными знаками различия, соответствующими званию капитана. Дополняли картину открытая плечевая кобура под левой подмышкой и листовидный старинный меч на бедре - очень необычная деталь. А еще в чертах его лица, в жестком очерке скул и волевого подбородка, наблюдалось некоторое сходство с чертами самого Высоцкого. Женщина, которую Брежнев назвал товарищем Коброй, была черноволоса и черноброва, коротко подстрижена и одета в такую же форму, как и мужчина, без всякой поправки на пол. Высокая и статная, суровая как богиня войны, она внушала почтение. У нее на бедре висел меч - не менее старинный, чем у мужчины, только не прямой, а похожий на ятаган. От этой сумрачной особы исходило такое же ощущение опасности, как и от вставшей стоймя одноименной ядовитой змеи. Казалось, даже воздух в квартире стал вдруг пахнуть озоном...

— Расслабься, Кобра, - тихо сказал Серегин, - негодяев тут нет.

— Я уже вижу, Батя, - ответила та, и у присутствующих возникло ощущение, будто оружие страшной разрушительной силы поставили на предохранитель и закинули за спину.