Онлайн книга «Вторая «Зимняя Война»»
|
И вот в кабинете у Верховного главнокомандующего генерал-лейтенант Василевский расстилает большую, как две простыни, карту, охватывающую Финский залив и часть побережья Ботнического залива вплоть до Турку, а также Ленинград, Ладожское озеро и Карелию. По карте жирной сине-красной змеей извивается линия фронта. Она начинается от перешейка на полуострове Ханко, откуда финны ждут наступления на Хельсинки, далее ползет через Карельский перешеек, потом, по ту сторону Ладоги, сворачивает на север и растворяется в таких глухих местах, где невозможно, да и не за что, воевать. Помимо обозначения линии фронта, на этой карте еще множество пометок. По сути, обе стороны на ней предстают как просвеченные рентгеном, без тайн и недоговоренностей. При таком разведывательном обеспечении какой уж там может быть туман войны? На самом деле это была не одна карта, а несколько склеенных вместе; однако суть заключалась не в этом, а в том, что для того, чтобы ее «поднять» (то есть, в переводе с военного жаргона, заполнить данными), почти месяц трудились несколько самолетов-разведчиков с авиабазы Красновичи. Тогда это делалось с целью разведывательного обеспечения Прибалтийской операции. Советское командование опасалось, что в самый разгар наступления под Невелем финны неожиданно нанесут удар на Ленинград. Но обошлось; финская армия ничего подобного не затевала, и вся ее деятельность говорила только об усилении обороны. Тем не менее дислокация частей, позиции артиллерии, строящиеся рубежи долговременной обороны, дислокации штабов, складов, госпиталей, особо защищенных бункеров и аэродромов были самым тщательным образом нанесены на эту карту. Впрочем, уже тогда советское командование задумывалось о следующем этапе войны, и Финляндия была одной из самых перспективных жертв будущего наступления. Ее разгром переводил Ленинград в статус сверхглубокого тыла и высвобождал для действий на других направлениях как минимум две армии: двадцать третью и седьмую, а также возвращал Финскому заливу статус домашних внутренних вод Краснознаменного Балтийского флота. — На первый взгляд, – сказал Василевский, – мы имеем на советско-финском фронте три возможных направления ударов: Ханко-Хельсинки, Ленинград-Выборг и Петрозаводск-Сортавала, из которых Ленинград-Выборг является основным направлением, а два остальных – отвлекающими. Но на самом деле это неверно. Ханко-Хельсинки и Петрозаводск-Сортавала – это вообще не направления для ударов. Первое – из-за невозможности сосредоточить на маленьком полуострове сколь-нибудь значащую группировку и сложностей прорыва эшелонированной обороны на узком перешейке. Второе – из-за отсутствия стратегических, или хотя бы тактических перспектив у подобного наступления, в силу чего растрачивать на него людские и материальные ресурсы считается нецелесообразным. Направление Ленинград-Выборг, вдоль которого Красная Армия развивала наступление в прошлую Зимнюю войну, можно считать имеющим большой отвлекающий потенциал. В случае начала советского наступления на этом направлении финское командование должно отреагировать на это крайне нервно и начать перебрасывать к Выборгу резервы отовсюду, откуда только возможно, в результате чего другим направлениям будет уделено значительно меньше внимания… |