Книга Яд минувшего, страница 213 – Вера Камша

— Выходит, пять раз император ответил клирикам «нет»? – оживился Альдо, без сомнений, имея в виду Левия.

— Да, государь, – подтвердил будущий гуэций. – Хочет ли его величество услышать о прецедентах подробнее?

— Того, что вы сказали, довольно. Талигойские эории решат судьбу обвиняемого так же, как их предки решали судьбы заговорщиков и предателей, но обвинения должны быть доказаны. Глава Великого Дома имеет право на справедливый и беспристрастный суд, запомните это.

Герцог Придд, герцог Окделл, герцог Эпинэ, мы уже говорили это и повторяем еще раз. Забудьте о ваших потерях и оцените собранные графом Краклом и графом Феншо улики, как если бы речь шла о незнакомом вам человеке. Граф Кракл, если мы не ошибаемся, герцогу Алва вменяются и те преступления, которые в Золотой империи были невозможны?

— Да, ваше величество, – оживился косой судия^[18]. – Можно считать доказанным, что…

— Об этом мы услышим завтра. Герцог Окделл, вы хотите что-то сказать?

— Да, – Ричард был бледней Придда. – Какой… Как проводилась казнь?

— По кодексу Доминика, – с достоинством произнес Кракл, – осужденным предоставляли выбор между ядом и мечом.

— Спасибо, – Дикон выглядел как-то странно. – А… А были другие кодексы?

Мальчишка наконец понял, что ему предстоит осудить человека, который его отпустил. Подсыпать яд и получить свободу, коня и золото, а потом угодить в судьи… Это страшней, чем получить ненужную тебе жизнь, много страшней и безнадежней.

— Кракл, – в голосе Альдо прозвучало раздражение, – отвечайте на вопрос герцога Окделла.

— Мой государь, – лицо графа вытянулось, глаза лихорадочно завращались в разные стороны, – гальтарские законы многочисленны, противоречивы, несовершенны и основаны на древних суевериях. С тех пор юриспруденция продвинулась далеко вперед, первым шагом стал кодекс Доминика… Но я… Я предполагал, что возникнут некоторые вопросы, и осмелился привести с собой знатока древнего права. Если будет угодно его величеству, он готов к ответу.

— Это, по меньшей мере, любопытно. – Альдо с неподдельным интересом оглядел круглого чиновника. – Как ваше имя?

— Третий советник супрема Фанч-Джаррик к услугам вашего величества.

— Вы можете ответить на вопрос Хозяина Круга?

— Я занимаюсь имущественным правом и правом наследования, – важно произнес бумажный сыч, – однако я изучал кодексы Анэсти Справедливого и Эодани, а также комментарии к оным, и кодекс Доминика, принятый в одиннадцатом году Круга Волн и действовавший до триста девяносто восьмого года.

— Прекрасно, – кивнул Альдо. – Вы дворянин?

— Я принадлежу к старинной надорской семье, – сообщил чиновник. – До прихода Олларов Фанч-Джаррики из Фанч-Стаута числились вассалами Давенпортов, в свою очередь бывших вассалами Рокслеев, являвшихся кровными вассалами Дома Скал.

— Ричард Окделл, – распорядился его величество, – мы обязываем вас как главу Дома взять господина Фанч-Джаррика под свое особое покровительство, а теперь просим всех, кроме герцога Окделла и герцога Эпинэ, нас оставить.

Завтра нас ждет тяжелый день, мы должны явиться в Гальтарский дворец со свежей головой и открытым сердцем. Кракл, Фанч-Джаррик, подождите в приемной. Возможно, вы нам понадобитесь еще сегодня.