Онлайн книга «Концессия 3»
|
— Вполне, — одарил мой напарник оппонента лучезарной улыбкой. — А что, какие-то проблемы? — Конечно! Может, восемь процентов, амиго? — Восемьдесят один, — отрезал Вова. — Ваши целых девятнадцать процентов! На большее вы, если честно, не наработаете. И Профессор не станет ложиться в финале. Это его принципиальная позиция. Ведь так, Проф? — Так, — подтвердил я. — Специально не лягу. Однако не кажется ли вам, коллега Вольдемар, что мы, э-э-э, бежим впереди паровоза? — В смысле? — Коллега Анхель ещё не успел поведать нам о второй особенности турнира, — напомнил я. — А мы жаждем подробностей! — А, точно! — опомнился предводитель визитеров. — Вторая особенность выходит из первой. Поскольку состав участников подбирается так, что никто не может предугадать исход поединков, а ещё ни у кого нет возможности оказывать на бойцов давление, результат всегда, кхм… — Рандомен? — Да, Генри. И в этом главный интерес тотализатора. Все остальные турниры подконтрольны группировкам «лос атлетас», поэтому на них люди реально делают деньги. Тот шепнул этому, этот шепнул тому… и понеслась. А в «тёмных лошадках» на первом месте азарт и адреналин. И возможность пощекотать нервы. За это его многие серьёзные люди и ценят, — закончил рассказ Анхель. — А чтобы азарт был сильнее, полагаю, ставки изначально завышены? — задумчиво хмыкнул Вова. — Если не секрет, то сколько? Я имею в виду, входной порог? — Минимальная ставка — тридцать. — Тридцать чего, амиго? Корпоративных марок? Рублей? Юаней? — Тридцать тысяч либеро, — предельно конкретизировал цену Анхель. — Э-э-э… курс у нас один к семи, — прикинул Вова, — стало быть, четыре с четвертью… ну, плюс-минус, тысячи корпоративных… нехило! — И это для обычного тотализатора, — внёс ещё больше сумятицы Анхель. — Когда ставят на исход конкретного боя. И для первого круга. А дальше каждый раз ставка удваивается. — То есть растёт в геометрической прогрессии со знаменателем два? — педантично уточнил я. — Генри, ты давай, по-человечески выражайся! — взмолился Анхель. — Я в смысле, что в первом раунде тридцать кусков, во втором шестьдесят, в третьем сто двадцать и так далее. — А… ну да. Только в финале утраивается, чтобы мелкую сошку отсечь. — Фига се! — удивился Вова. — А в полуфинале сто двадцать косарей, получается, для многих доступная сумма? — Ну, десятка три желающих, как правило, находится, — пожал плечами Анхель. — Я в прошлом году работал помощником букмекера на «тёмных лошадках», тогда примерно так и было. — А в финале? — невольно заинтересовался я. — Ну, человек десять… триста шестьдесят кусков это триста шестьдесят кусков, на дороге не валяются. Но зато их при удаче можно удвоить! — мечтательно прищурился предводитель визитёров. Так вот оно в чём дело! А что, схема верная — если точно знать, что я лягу, то гарантированно не пролетишь со ставкой, а там минимум вернёшь свои и захапаешь сколько-то сверху. Вот только есть один скользкий момент… — Анхель, а с чего ты решил, что ставки разделятся примерно пополам? А если будет явный фаворит, и все поставят на него? — Нет, Генри, на моей памяти такого ещё не случалось. Это же «тёмные лошадки»! И в финале обычно сходятся самые умелые. А это примерно пятьдесят на пятьдесят, плюс-минус десять процентов. Есть такое умное слово — статистика… |