Книга Новые детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 181 – Анго Сакагути

— Хах, интересные дела. Уж не тэнгу ли к вам заглядывает? В Мэгуро говорят, что тэнгу любят такэноко. Может, и здешние ими полакомиться не прочь?

— Да брось! Обычный гость. Даже встретив его в доме, здешние обитатели – что сын хозяина, что его дочь с супругом – ничуть не удивляются. Видимо, знают, что в день поминальной службы стоит его ждать. Но нам приказали ни в коем случае не говорить о нем остальным гостям.

— Уж не женушка ли хозяина наказала?

— Госпожи уже нет на этом свете. Так что придержи язык за зубами.

— Простите уж. Значит, не тэнгу к вам захаживает?

— Только деревенщины еще верят в тэнгу в век просвещения. Обычный мужчина лет тридцати. Приходит и уходит среди бела дня, уж точно человек, а не нечисть какая.

— Ну, так неинтересно. Хотя такэноко все же больше тэнгу лакомиться любят…

— Я лично ношу ему кушанья, так что уверена, гость – человек из плоти и крови. В комнате он всегда зябко кутается в пальто и сидит молча, уткнувшись взглядом в пол. Я ставлю перед ним кушанье и сразу убегаю прочь – жуткий он какой-то. Боюсь, как бы не попытался со мной заговорить.

— Какой странный дом: оставлять гостя одного в пустой комнате ждать угощения!

— Что поделать. Приходится ему прятаться всю поминальную службу. Пока монах сутры прочитает, пока все поедят, пока поговорят и разойдутся. Все это время ему остается лишь ждать в одиночестве. Мы-то только еду и чай ему подносим, а встречать и провожать его ни разу не приходилось. Не знаю даже, когда именно он приходит и уходит.

— Каких странных гостей вы угощаете моими такэноко. Уж не случается ли на этих обедах еще чего-нибудь чудного?

— У нас приличный дом, все всегда спокойно и чинно. Вот и мужчина в пальто – постоянный гость, ничего особенно странного тут нет.

— И каждый год он исчезает куда-то еще дотемна?

— Никто не замечает его ухода. Когда вечером мы убираем посуду, в дальней комнате уже никого нет, только пустые тарелки.

Судя по рассказу служанки, в этом году все прошло как обычно и ничто не привлекло их внимания. Гости на обеде присутствовали те же, что и всегда.

Все, что Кусуноки собирался спросить, он уже выведал, так что решил больше в доме не засиживаться, чтобы не вызывать подозрений. Побегами тоже не разбрасывался – выдал служанкам три штуки и вернулся домой.

Кусуноки вынес вердикт:

— Убили и расчленили мужчину в ястребином пальто, и это был отлученный от семьи первенец Хирасаку, Като. Но кто же его убил? Вот главный вопрос.

Сколько Кусуноки ни ломал голову, вычислить преступника на основе имеющейся у него информации не смог. Все, что было в его силах сделать в одиночку, он сделал – теперь стоило положиться на официальное следствие, иначе дело с места не сдвинется.

Кусуноки подытожил результаты своего расследования, написал отчет, вычитал его и поправил. Для простого патрульного, не привыкшего работать со словом, оказалось очень непросто собрать воедино события прошедших дней, выстроить теорию и подвести ее к полученному выводу – на это он убил три остававшихся дня отгула, и в первый же рабочий день вручил отчет начальству.

К слову, именно в тот день наконец-то обнаружили новый сверток с фрагментами тела – в нем лежали левая голень и левое ухо. Находка заставила Кусуноки понять – его прежняя мысль о закономерности распределения тел (правая часть и левая, отсутствие середины) была слишком поспешной и на самом деле никакой строгий порядок преступник не соблюдал. Пока он досадовал из-за этой ошибки, к нему явился с разносом старший коллега.