Книга Развод с генералом драконов. Ты не достоин быть отцом тройни, страница 40 – Леона Браун

А сейчас я лечу. В руках другого мужчины. И это самое прекрасное, что случалось со мной за последние годы.

От этой мысли становится горько. И стыдно. И радостно одновременно. Такой клубок эмоций, что в глазах щиплет от наворачивающихся слёз.

— Смотри, — голос Эйнара вырывает из размышлений. — Вон там, видишь?

Я поднимаю голову и смотрю, куда он указывает взглядом. Внизу, среди вечерних огней, угадывается знакомый район. Наш район. А вот и наш дом — особняк с тёмной черепичной крышей, утопающий в зелени сада.

— Уже почти прилетели, — говорит Эйнар, и в его голосе слышится сожаление? Или мне кажется?

Он снижается плавно, осторожно, словно боится причинить мне хоть малейший дискомфорт. Крылья работают бесшумно, только воздух свистит, ударяясь о золотые чешуйки, да где-то вдалеке улюлюкает ветер.

Мы приземляемся прямо во дворе, перед крыльцом. Эйнар мягко опускает меня на землю, но руку не отпускает — поддерживает, пока я не убеждаюсь, что твёрдо стою на ногах. Крылья за его спиной исчезают так же быстро, как появились, оставляя после себя лишь лёгкое золотистое сияние.

— Ну вот. Доставил в целости.

— Спасибо, — шепчу я, и это слово кажется таким мелким, таким недостаточным для всего, что он для меня сделал. — Я... я не знаю, как благодарить...

Покачнувшись, я стараюсь удержаться, чтобы не заставлять его волноваться, но кронпринц снова подхватывает меня на руки. Он ворчит, что я слишком самонадеянная, что не должна казаться сильнее чем есть. Я достаю ключи, открываю дверь, и он вносит меня в дом. Место, где ещё пахнет нашей ссорой с мужем, его раскалённой до предела магией. Боги!.. С утра мы с ним предавались нежностями, а сейчас... сейчас я на руках другого. Это немыслимо. Плохо, но...

Внутри расползается обида, что муж выбрал не меня, а работу. В этот момент как-то особенно больно всё скручивается в сердце и в душе одновременно, а потом резко отпускает. Дышать будто легче становится, тело становится расслабленным и вялым, как и голова. Очень сильно хочется лечь и уснуть.

Эйнар кладёт меня на большой диван в гостиной и присаживается рядом.

— Тебе надо восстанавливаться неделю минимум, только потом ты сможешь снова пользоваться своей магией и спасать жизни. Всё будет хорошо.

А я, кивнув, неожиданно для самой себя, неосознанно начинаю устраивать свою голову на коленях принца. Мне оранжево, что он сейчас подумает. Мне сейчас так надо. Всего пару минут вот так полежу, чтобы перезагрузиться после всего случившегося сегодня.

Наверное, мои действия слишком неправильные? Эйнар теряется. Кажется, превращается в невольную статую. Он замирает, но вскоре опускает ладонь мне на голову и гладит с нежностью мои длинные красные, как пламя огня волосы. Боги... Как же хорошо. Несмотря на то, что запретно и неправильно. Об этом я подумаю когда-нибудь потом. Я утыкаюсь лицом в его мантию и закрываю глаза. Впервые за долгое время мне так морально и душевно хорошо. Почти спокойно.

Просыпаюсь от того, что затекло плечо. Неудобно лежала, уткнувшись лицом в подушку. Я не помнила, как вообще заснула. И как оказалась на кровати?

За окном уже глубокая ночь. Тишина.

В комнате темно, только слабый свет уличных фонарей пробивается сквозь неплотно задёрнутые шторы. Я одна. Аэрон ещё не вернулся.