Книга Босс, ваше алиби – я, страница 92 – Алекс Скай

— Речь не о спокойствии.

— Именно о нём.

— Речь о компании.

— И опять начинается.

— Что начинается?

— Вы сейчас предлагаете мне сыграть в версию, которая удобна совету.

— Иногда компромисс — не капитуляция.

— А иногда именно она.

Мы опять скатывались в привычный спор, и странным образом это даже успокаивало.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда хотя бы в здании идём отдельно.

— Зачем?

— Потому что я всё ещё умею думать на два шага вперёд.

— А я, по-вашему, нет?

— Вы сегодня с утра особенно стараетесь доказать обратное.

Уголок его рта дёрнулся.

— Вот теперь узнаю Соколову.

— Не расслабляйтесь.

— Даже не пытался.

Эту фразу мы произносили столько раз, что она почти перестала быть шуткой. А потом я вспомнила, что через два часа человек напротив может перестать быть генеральным директором собственной компании. Улыбка исчезла сама.

— Артём.

— Что?

— Если сегодня вам предложат выбор…

Он замер.

— Какой?

— Потом.

— Нет. Говорите сейчас.

Я покачала головой.

— Сначала посмотрим, предложат ли.

Он смотрел ещё несколько секунд, но не стал давить. Наверное, потому что уже понял.

На двадцать девятом этаже нас ждали. Это ощущалось сразу. Не по людям. По тишине. Обычно утром возле переговорных кто-то ходил с ноутбуком, кто-то разговаривал по телефону, секретари приносили документы. Сегодня коридор выглядел почти пустым, хотя за матовым стеклом большой переговорной уже горел свет. Мы действительно вошли в здание вместе. И действительно разошлись перед лифтами. Не потому, что Артём согласился с моей логикой. Он просто посмотрел на меня и сказал:

— В девять двадцать пять у двери.

— Это приказ?

— Нет.

— Тогда постараюсь.

— Невыносимая женщина.

— Вы сами просили помочь.

На двадцать девятом этаже я появилась первой. Анна сидела за временным столом возле входа в зал совета. Увидев меня, она поднялась.

— Вера Сергеевна.

— Доброе утро.

Она посмотрела на меня так, будто хотела спросить десяток вещей и понимала, что ни одну нельзя произнести.

— Телефон попросят оставить снаружи.

— Почему?

— Решение председателя совета.

— У всех?

— Да.

Хорошо. Хотя бы сегодня никому не позволят случайно получить ещё одну фотографию.

— Кто уже внутри?

Анна перечислила несколько членов совета, Елену Корнееву и Михаила. На последнем имени я остановилась.

— Олег?

— Будет подключён отдельно. Его сейчас опрашивают по поводу утечки записи.

Это было новостью.

— Кто опрашивает?

— Внешняя служба, которую привлекли утром.

Лидия Андреевна всё-таки сделала хоть что-то.

— У него ограничили доступ?

Анна покачала головой.

— Не знаю.

В дальнем конце коридора появился Артём. Он шёл один. Без ноутбука. Без привычной папки. На секунду мне показалось, что впервые вижу его здесь не хозяином пространства, а человеком, которого пригласили на чужое решение. Он подошёл. Анна протянула контейнер для телефонов.

— Простите.

Артём положил туда свой. Я последовала его примеру.

— Красиво, — сказал он. — До чего дошла компания. Сначала Соколова отбирала у меня право давать указания, теперь Анна отбирает телефон.

— Я выполняю распоряжение совета, — сухо сказала она.

— Знаю.

Но я заметила, как у неё дрогнули губы. Артём тоже.

— Всё нормально, Анна.

Она кивнула. Эти два слова почему-то прозвучали как прощание, хотя заседание ещё не началось. Мы вошли. Михаил сидел ближе к противоположному краю стола. Тёмный костюм. Белая рубашка. Спокойное лицо человека, который выспался значительно лучше нас. Он посмотрел сначала на Артёма, затем на меня. Никакого удивления. Никакого торжества. Это раздражало сильнее, чем если бы он улыбнулся.