Книга Возвращение домой, страница 30 – Диана Мершери

— А где справедливость в том, что ты получаешь деньги, которых не заработала?

— А как же моя зарплата? Неужели я и ее теперь не увижу? – дыхание становится сбивчивым. Я расхаживаю по маленькой комнате, пытаясь представить себе еще более нищенскую жизнь. Половицы скрипят каждый раз, когда я приближаюсь к окну.

— Если счета закрываются, то начисление средств через банк невозможно, ты же знаешь. Есть шанс получать зарплату наличкой, и еще я могу тебе что-то давать, у меня есть деньги.

— Отец позаботился, чтобы я осталась без гроша в кармане. И как мне теперь жить, мам? Постоянно просить подачки?

Связь начинает прерываться, а телефон разряжаться. Настроение становится хуже некуда. Я присаживаюсь на кровати и обращаю внимание на Полину в кухне, расчесывающую свои русые волосы.

— Ты говорила очень громко, и я все слышала. Может быть, идея с лыжами все же покажется тебе интересной, раз ты остаешься здесь?

— Да не остаюсь я здесь! – произношу громче, чем планировала, и накидываю пальто. – Мое пребывание у вас слишком затянулось. Ромео говорил, что электричка в семь, так что я должна бежать.

— Но я могу тебя проводить, хочешь? – Полина вскакивает с непоколебимым и тошнотворным оптимизмом.

— Счастливо оставаться.

Схватив ID-карту, я выбегаю из сеней и двигаюсь в сторону леса, на который опускаются сумерки. Тьма наступает не слишком быстро, но ее очертания уже тенью набрасываются на деревья. Скользкие дорожки, по которым я суетно иду, вновь покрыты свежевыпавшим снегом. Взглянув на часы, я понимаю, что слишком тороплюсь и немного сбавляю шаг.

Вдыхая сосновый воздух, издаю усталый возглас, выпуская пар изо рта. В карманах обнаруживаю наличку – последние деньги на проезд и еще какую-нибудь мелочь. Желание у меня сейчас одно – оказаться у себя дома, в этой грязной квартире, к которой я однажды привыкну и наведу там порядок.

Спустя два часа я добираюсь до своего района. Уставшая, но пока еще не сломленная, поднимаюсь по ступеням. Кто-то стоит у двери моей квартиры. Я ускоряю шаг, готовясь атаковать грабителя, но вместо него встречаюсь с отцовским помощником.

— Вы что здесь делаете?

Щелчок ключа, и дядя Олег запирает дверь на замок.

— Просто ставлю печать. Не официальную, но все же.

— Зачем же? – мой сердечный ритм не успокаивается.

— Не держи на меня зла. Я должен кормить своих детей, мне нужна эта работа. Просто поезжай к родителям. Мне не было велено тебя везти к ним, но босс дал понять, что твой дом – это особняк.

Помощник, спускаясь вниз, не удостаивает меня больше вниманием. Я пытаюсь вставить в замок свой ключ, однако мне не удается его повернуть.

— Вы что, с ума сошли? – кричу уходящему мужчине в черном пальто. На весь пролет слышится хлопок подъездной двери.

Просмотрев журнал вызовов, звоню отцу – он не берет трубку. Звоню маме, но она сразу начинает реветь и звать меня домой, а этого я слушать не могу. Пытаюсь абстрагироваться от эмоций и сконцентрироваться на голосе разума. В голову ничего не приходит, но и оставаться в вонючем подъезде посреди ночи тоже нет никакого желания.

Я еще раз проверяю замок – попытки тщетны. Дядя Олег сменил его, чтобы я больше никогда сюда не вошла.

Вспоминаю, что давно не звонила Рите. От нее до сих пор не было никаких сообщений после той выходки в аэропорту. Когда подруга наконец отвечает, по бессвязной речи становится понятно, что она где-то отдыхает и ей явно не до меня. «Значит, выбралась из полицейского участка», – подытоживаю я.