Книга Жестокое общество, страница 81 – Морган Бриджес

И все же зов долга трудно игнорировать. Приказы отца – это цепи, сковывающие меня, требующие верности и повиновения, часто в ущерб личному счастью и моральным принципам. Мне постоянно приходится вести эту битву – исполнять долг вопреки личным желаниям, подчиняться приказам против моральных принципов, и у меня от этого просто крыша едет.

Чтобы удержать Делайлу, чтобы полностью и безвозвратно завоевать ее сердце, я должен пойти против отца. И мне дурно от этой мысли. От мысли о бунте не просто против человека, но против целого наследия власти и безжалостности.

Но сложнее всего будет сохранить жизнь Бенджамину и одновременно скрыть тайны хранилища от отца. Содержимое сейфа даст ему абсолютную власть, а я не могу допустить, чтобы такая опасная технология попала в его руки – в те же руки, что угрожают жизни Бенджамина.

Ведь в случае чего кровью окажутся запятнаны именно мои руки. Отец может и сам сделать грязную работу, но с момента моего рождения эта обязанность перешла ко мне. Задача сохранить Бенджамину жизнь до тех пор, пока он не станет полноправным членом общества, – только первая из моих проблем. Как только его примут в Орден, он сможет беспрепятственно входить в катакомбы, не боясь, что охрана его убьет. И времени до этого события у меня остается совсем мало.

А значит, я все ближе и ближе к тому, чтобы разбить Делайле сердце.

Мы с ней слишком долго были в разлуке. После разговора с отцом, в котором он фактически потребовал от меня разрушить ей жизнь, мне просто необходимо повидать мою девочку. Одного взгляда на нее хватит, чтобы я успокоился.

Торопливо шагаю к палате Бенджамина. Уже у самой двери останавливаюсь, уловив приглушенные голоса внутри. Очень хочется подслушать их разговор, и я не в силах противиться этому желанию.

— Бен, ты мне очень дорог. Ты невероятно важен для меня, был важен с первого дня, как мы встретились, – обычно голос Делайлы чистый и пылкий, сейчас же она говорит мягко, и в тоне ее чувствуется боль. – Но я не люблю тебя… в этом смысле.

От этих твердых уверенных слов меня захлестывает волна торжества. По венам растекается удовлетворение, согревая изнутри, и вскоре во мне разгорается первобытный мужской огонь. Это триумф, ведь я получил подтверждение, что она не отдала свое сердце другому.

Оно принадлежит мне по праву.

— Так, как любишь Икса? – спрашивает Бен жестко.

— Я не люблю Икса.

Ответ Делайлы – словно удар по яйцам. Приваливаюсь к стене, чтобы не упасть, откидываю голову и глубоко вдыхаю, подавляя разочарование.

Мой маленький ястреб не понимает, что от таких слов мое желание только усиливается. Я не просто завоюю ее сердце – я сделаю так, чтобы она окончательно сдалась, влюбилась безвозвратно и стала мной одержима. Так же, как я одержим ею.

— Я знаю, что он тебе небезразличен, – говорит Бенджамин. – Но Икс – не просто какой-то мальчик из студенческого братства. Он в этой игре уже давно, и вся его жизнь посвящена служению тайному обществу. Он может пожертвовать чем угодно и кем угодно ради Ордена. Помни об этом.

Будь я другим человеком, он бы правильно делал, пытаясь предостеречь ее, оттолкнуть от меня. Но Бенджамин не понимает одного: ради Делайлы я убью любого без колебаний, совершенно не мучаясь угрызениями совести. В ее объятиях я буду спать ночью как гребаный младенец, забыв о любых зверствах, совершенных, чтобы ее защитить.