Онлайн книга «Венецианский роман»
|
— Эта твоя «Царица», – сказала я, – или «Базилисса», не знаю… — «Царица Ионического моря»? — Да. Ты так мне и не рассказал, почему оставил свою группу. Произнес только «Аа…», как всегда. Я даже сделала тот неопределенный жест, который сопровождал его «Аа…»; он засмеялся и прижал меня к себе сильнее. И в конце концов мы стали целоваться, совершенно безумно (так говорят?), – аж до Сан-Пьетро-ин-Вольта. Когда мы оторвались друг от друга, все изменилось: ветер и шум мотора ослабели, чаек больше не было, и половина солнца исчезла в воде. Вся лагуна справа от нас, до самых далеких отмелей и до последних зеркальных поверхностей стоячей воды, была окрашена красками заката – медно-зеленой, золотой, желтой, кроваво-красной. — Look…– сказала я тихо, – look… Я много раз проезжала здесь на моторке, но никогда не видела подобного чуда. Я смотрела, затаив дыхание. А когда солнечный диск полностью исчез в воде, спросила себя, хотя это был полный абсурд, сколько бы мы заработали, если бы продали этот закат на аукционе «Фоукса». Миллиард? Сто миллиардов? А еще я подумала, что получила своего волшебного таинственного компаньона, стоявшего сейчас рядом со мной, бесплатно, так же как и старинную монету. — Thank you,– сказала я, – Mr. Silvera. Спасибо за потрясающий закат. Danke schön[43]. — Bitte schön![44] – весело ответил он. – Да, с закатом нам повезло больше, чем с фресками. — Но и с ними нам повезло. Ведь если бы они там оказались, мы бы и сейчас рассматривали Порденоне. Не так ли? — Может быть, и нет, но катер мы бы точно пропустили, – сказал он. И, возвращаясь к своей обычной учтивой галантности, добавил: – И я бы не смог любоваться тобой в подобной раме. Ведь этот закат очень тебе идет. Катер медленно продвигался по длинному каналу Пеллестрина в полной тишине. Он почти касался прибрежных домов и садов. Налево процессия причальных столбиков и фантастическая анфилада обломков разного рода – брошенные древние баркасы и баржи, подгнившие деревянные причалы, старые полузатопленные катера – ограничивали рыболовную зону. Потом, по мере того как краски темнели и угасали, остров стал превращаться в узкую темную полоску песка, окаймленную волноломом Мурацци. Когда мы подошли к Кьодже, портовые фонари уже горели и со стороны моря, и со стороны лагуны. Мы пересекли акваторию порта и причалили у маленькой площади Виго с ее античной колонной. * * * В гостинице на площади, где мы заказали чай, официант подтвердил, что мы сможем вернуться в Венецию на пароме с острова Пеллестрина и потом автобусом. Но ближайший рейс не скоро, так что мы прибудем в Венецию не раньше половины девятого. — Разве что возьмете водное такси, – сказал он. — Разве что остаться, – сказала я, когда он ушел. – Мы можем купить зубные щетки, поужинать и переночевать здесь. Я сказала это наполовину в шутку, но мне хватило бы одного кивка со стороны мистера Сильверы, чтобы позвонить Кьяре и попросить ее отпустить меня на день. — Ты же не будешь возражать, если я заплачу за все? – спросила я. – Я знаю, ты не можешь себе этого позволить. Конечно, он нисколько не возражал бы, сказал он мягко, но он не хочет, чтобы из-за него я пропустила деловое свидание. Мы можем встретиться позже, в его пансионе, где он обменяет свой одиночный номер на двухместный. Хорошо? |