Книга Урок обольщения, страница 76 – Валерий Шарапов

— Наврала она вам, Иван Саныч.

— В чем?

— Приносила ей эта бабские шмотки, приперла целый чемодан, я сам видел.

— Как давно?

— Недавно, недели две назад.

— Вещи вблизи не видел, описать не можешь?

— Нет, видел только, что болтается много — значит, женское.

— Чемодан каков?

— Приметный. Может, и фанера, но обит кожей, вишневой, и внутри обивка тоже того же цвета. Уголки начищенные, одного нет… Вещи вывалила и чемодан себе забрала.

Сзади послышались голоса, гогот, люд шел с толкучки, и Витька, буркнув на прощанье «пока», прибавил ходу и унесся вдаль.

«Милочка стала баловаться, — с болью в сердце признал Иван Саныч, — надо будет провести воспитательную работу. Ай-ай, о душе подумать пора, а она вот как… нехорошо».

Переживая вероломство старой приятельницы, обо всем остальном он не думал. Все эти горячие новости кипели, бурлили, будто надуваясь пузырями, но надо было сесть, все обдумать, а уже потом решать, что делать. Каких-то деталек не хватает, каких-то с избытком, надо все разложить по полочкам, обмозговать и уже потом пытаться сложить картинку. Иван Саныч отправился в отделение.

Сергей же на фабрику просто не пошел. Хватит. К чему бегать, врать и выдумывать разного рода тактические выкрутасы, если на дому имеется супруга, которая на всей этой фабрике директор?

К тому же, нагрянув раньше, чем надо, Акимов застукал лучшую свою половину за занятием, безусловно, запрещенным: она, видите ли, полы начала намывать! Да еще с таким старанием терла, точно добывая огонь. Или, что еще обиднее, как если бы ни Ольга, ни Сергей ни разу их не мыли. Поясница у нее была замотана теплым платком, в атмосфере витали жесточайшие скипидарные ароматы. Они усиливались по мере того, как Вера закипала, отскребая какие-то одной ей видные загрязнения. Мало того что она ползала на коленках, провоцируя боль в только-только успокоившейся пояснице, она еще и увлеклась до такой степени, что не услыхала, как муж проник в комнату. И, между прочим, ругалась сквозь зубы, употребляя такие слова, что Акимов не выдержал и укорил:

— Вот как, а я думал, что женат на интеллигентной женщине.

Вера тотчас разогнулась и тотчас согнулась, ухватилась за поясницу и, едва-едва перебирая ногами, двинулась в сторону кровати, улеглась на нее и сложила на груди ручки.

— И как же не стыдно, а?

— Я болею, — заявила Вера, томно заводя глаза. — И вообще, сплю.

Акимов, указав на брошенную тряпку, поинтересовался:

— Это что?

— А оно само приползло, — заявила жена и простерла к мужу руки. — Не ругать меня надо, а жалеть и баловать.

— Это можно, — признал Сергей, опускаясь на колени рядом с диваном и позволяя принять себя в объятья. — Обедала?

— Что ты! У меня же постельный режим.

— Сейчас сообразим.

Вера, глянув на часы, сказала, что можно чуть позже.

…Чуть позже они сидели за столом, поглощая щи. Акимов сказал:

— Я собираюсь воспользоваться твоим служебным положением. Можно?

— Интересно, — признала Вера. — Но сначала скажи, что надо, а то мало ли.

— И не стыдно подозревать любимого человека?

— Я не подозреваю. Я опытна и знаю жизнь. Ну так что надо-то?

— Позвони, пожалуйста, Маше, и пусть она тебе сообщит, кто двадцатого числа отсутствовал на работе.

— В день пропажи денег, имеешь в виду?

— Да.