Онлайн книга «Familia. Две женщины, две правды, одна тайна»
|
Пока две мои соседки по комнате крепко спали, я беспокойно ворочалась. Услышав голоса, доносящиеся с другого конца коридора, я поняла, что мои тетя и дядя еще не ложились и сидят на кухне. Я решила встать и сходить туда, чтобы выпить стакан воды или, возможно, чашку травяного чая моей тети. Они не слышали, как я иду по коридору, поэтому, подойдя ближе, я застала часть их разговора. – Ана-Мария, – с сожалением сказал мой дядя, – я тоже ее люблю, но я просто не понимаю, как мы сможем выкрутиться, когда они сократили мое рабочее время и зарплату и мы ждем ребенка… – Он говорил очень тихо, и они все еще не замечали меня, но я сразу же поняла, что речь идет обо мне. К этому моменту я жила с ними уже несколько лет как еще одна их дочь – у них было четыре дочери-подростка. Ожидалась пятая, и моя тетя находилась уже на поздних сроках беременности. Я училась со своими кузинами в одной школе, делала вместе с ними домашние задания, мы вместе шутили и смеялись, вместе обсуждали мальчиков. В холодильнике всегда была еда, и кто-нибудь всегда целовал меня на ночь. Это был самый стабильный период моей жизни… и самый счастливый. – Томас, я не стану отсылать дочь моей сестры обратно к этому… к этой жалкой пародии на отца. Он не может позаботиться даже о себе самом, так как он сможет позаботиться о ней? Она сейчас находится в том возрасте, когда ей особенно нужны поддержка и любовь… – Она находится в том возрасте, когда на нее уходит куча денег. Раз за разом новая форма для старшей школы, новая обувь, школьные принадлежности… Нам что, оставлять ее дома, когда мы будем покупать остальным девочкам красивые новые платья и билеты на школьные балы? А кто заплатит за экскурсию во Вьекес в следующем месяце? И как насчет той нашей дочери, которая скоро должна родиться? – Что насчет нее? – Ей столько всего необходимо – кроватка, подгузники, одежда, детское автокресло. А посещения врача, а детские питательные смеси… – Перестань, – тихо сказала моя тетя. – Просто… перестань. Мы справимся. Мы же справлялись, когда речь шла об остальных наших детях. – Когда рождались остальные наши дети, у нас уже имелось все, что нам было необходимо. Но мы избавились от всех этих вещей, когда решили, что четырех детей нам достаточно. Никто не ожидал, что у нас родится еще один ребенок, и это после тринадцатилетнего перерыва… – О, значит, это моя вина, да? – с раздражением парировала тетя. – Насколько я помню, в этом участвовал и ты… – Нет! Нет, конечно нет, что ты! Я просто хочу сказать, что на этот раз дело обстоит по-другому. И это несправедливо и по отношению к ней, и по отношению к нашим девочкам, Ана-Мария. Думаю, что ты и сама это знаешь. Я затаила дыхание, как мне показалось, очень надолго, ожидая ответа тети. – Может быть, у Альберто найдется немного денег, чтобы помочь нам… Но ее слова прозвучали неубедительно, фальшиво… последняя отчаянная мольба приговоренной. А я ведь даже не подозревала до этой минуты, что была им обузой. Мне казалось, что все хорошо. Но я ошибалась. Внезапно на меня накатила волна тошноты, такая сильная, что я со всех ног пробежала мимо кухни и упала на колени в ванной перед унитазом – и как раз вовремя. Тело прошиб холодный пот, я не могла справиться с дрожью. |