Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 20 – Лорен Э. Рико

Ловлю себя на том, что улыбаюсь и даже смеюсь сквозь слезы.

— Я люблю тебя, – говорю ей.

— Знаю, – самодовольно отзывается она.

— Фрэнни?

— Да?

— Я думаю, что, возможно, мне надо будет полететь в Пуэрто-Рико.

Моя лучшая подруга кивает.

— Да, – соглашается она. – Так оно и есть. А теперь иди на кухню и возьми ту сухую смесь для печенья, которую ты хранишь в буфете на случай возникновения чрезвычайной ситуации. Она тебе пригодится.

* * *

Час спустя я по-турецки сижу на диване. Передо мной на журнальном столике стоит миска с наполовину съеденным сырым тестом для печенья, возможно, полным сальмонелл, а на столе громоздятся сокровища из моего детства. В одной коробке хранятся мои рисунки цветными карандашами, грамоты и табели успеваемости с отличными оценками, которые моя мама так и не смогла выбросить. В другой коробке лежат мое маленькое детское одеяльце с зайчиками, прядь младенческих волос, мой первый зуб и один крошечный розовый носочек.

Отдельная история – альбомы с фотографиями: фотохроника жизни семьи Ди Марко, начиная со свадьбы моих родителей до церемонии окончания мною университета. Вожу указательным пальцем по покрытым пленкой изображениям Мака и Люси на снимках, охватывающих многие годы их жизни, – она работала учительницей в нулевых классах школы, а он был копом. Я была у них поздним ребенком – их «маленьким чудом», как говаривала моя мать. Они уже отчаялись заиметь малыша, когда неожиданно появилась я, и следующие двадцать с лишним лет мы были крепко спаянной семьей, состоящей только из них и меня.

Закрыв последний альбом, я вздыхаю. Как же мне не хватает Фрэнни. Эта фигня с нашим общением с помощью гаджетов не удовлетворяет меня. Это не по мне.

Бросаю взгляд на часы и осознаю, что совершенно потеряла счет времени – сейчас уже больше двух часов ночи. Думаю, завтра просплю допоздна, раз уж мне теперь все равно не надо никуда спешить…

По-быстрому приняв душ, ложусь в постель и уже начинаю засыпать, когда в моей голове вдруг звучит голос Макса.

…Чего-то не хватает? Что-то выглядит немного не так?

Заткнись и дай мне заснуть! – одергиваю я свое подсознание. Потому что это просто какая-то чепуха, что-то давнишнее и не нашедшее своего объяснения, и именно сейчас это вдруг всплыло в голове. Ладно, это непонятное «что-то» может подождать до утра, когда я немного посплю.

Но едва я снова закрываю глаза, как опять слышу его голос:

Чего-то не хватает?

Я сажусь на кровати.

— Что? Что это может быть? – вопрошаю, обращаясь к моей пустой спальне. И встаю, раздраженно ругнувшись.

Света луны, льющегося в окно спальни, более чем достаточно для того, чтобы добраться до гостиной. На журнальном столике лежат фотоальбомы – лежат так, как я оставила их, когда пошла в душ. Сажусь на подлокотник дивана и смотрю на них, призывая подсознание дать мне еще одну подсказку. Но оно явно погрузилось в сон, как следовало бы сделать и мне самой.

— Бред, – бормочу я, говоря сама с собой, и, встав, протягиваю руку, чтобы закрыть один из альбомов.

Самая первая фотография в нем – я в нежном возрасте. Мое личико покрыто крошками и кремом от кусочка торта, который я попыталась засунуть себе в рот. Я усмехаюсь – всегда обожала тортики. В центре сооружения из взбитых сливок высится восковая свеча в форме цифры «один».