Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 101 – Лорен Э. Рико

Она имеет в виду годы становления моего мужа, когда он попал в дурную компанию. Не столько банда, сколько группа скучающих хулиганистых подростков, у которых было слишком много свободного времени.

— Да, мы женаты уже восемь лет. И он ведет потрясающую работу с детьми и молодежью, входящими в группу риска. Я очень им горжусь.

Глядя, как Беатрис улыбается мне, я вдруг осознаю, что тогда, двадцать пять лет назад, ей было примерно столько же лет, сколько мне сейчас. По какой-то причине до настоящего момента это не приходило мне в голову, и я начинаю смотреть на нее – и на себя – новыми глазами.

Беатрис была такой же, как я. А я могла бы стать такой же, как она.

Нет, это, разумеется, не совсем так – мой и ее жизненный опыт слишком уж различаются. И все же теперь я могу смотреть в прошлое и видеть ее такой, какой она была в те годы, представлять, каково ей было.

Должно быть, она чувствует, что я думаю о ней, потому что ее устремленный на меня взгляд становится немного пристальнее, глаза щурятся, а голова вопросительно склоняется набок.

— Dimé^[78], – тихо говорит она. – Что я могу для тебя сделать, Исабель?

Я не думала об этом – не думала, как начать разговор на эту тему, полагая, что разберусь, как только момент наступит. Но вот он наступил, и я по-прежнему не уверена.

— Я… э-э-э… – Замолкаю, и она кладет руку на мое бедро.

— О чем ты хочешь поговорить, Исабельита?

— О Мариане, – имя моей сестры я произношу шепотом.

Беатрис медленно кивает:

— Хорошо… а о чем именно, дорогая?

Делаю короткий глубокий вдох и решаюсь говорить начистоту.

— Я все время думаю о том дне – о дне, когда она пропала. Ведь вы тогда были там…

— Sí, – подтверждает она. – Да, в тот день я нашла твоего отца в переулке за баром, он рыдал и кричал.

— Беатрис, мне необходимо знать, что с ней произошло… и мне кажется, что ты можешь с этим помочь.

Выражение ее лица остается совершенно нейтральным, когда она обдумывает то, что я только что сказала.

— Mija^[79], – отвечает она наконец, – почему тебя интересуют дела столь давно минувших дней?

— Это из-за меня, – вступает в разговор Гэбби, переводя тяжелый разговор в другое русло. – Я провожу журналистское расследование, и мне нужно знать, что произошло в тот день, чтобы подготовить материал.

Беатрис щелкает языком и качает головой.

— Материал для телевидения?

— Нет… – начинает Гэбби, затем спохватывается. – То есть может быть… Я еще точно не знаю.

Беатрис искоса смотрит на нее, затем опять переключает свое внимание на меня.

— ¿Confías en esta chica?^[80]

Она задает этот вопрос по-испански и при этом, нисколько не смущаясь, показывает кивком на мою спутницу.

— Да, – отвечаю я по-английски. – Да, я доверяю ей.

Если Беатрис и становится неловко из-за того, что она задала такой вопрос, по ней этого не видно. Наоборот, она продолжает гнуть свое. – Хм-м. А на какое СМИ ты работаешь? – спрашивает она Гэбби.

— Я журналист-фрилансер, – объясняет та. – Мы с Исабель познакомились… онлайн… на одном веб-сайте. И я предложила ей помочь в поиске ответов на вопросы о том, что случилось в тот день. Я в этом мастерица – искать и находить разгадки.

— В самом деле? – Тон Беатрис явно стал холоднее. – И какого же рода историю ты собираешься рассказать? Такую же, как все те шакалы, что годами шныряли по Ла Перле, вынюхивая и трубя, какое это опасное место? Такую же, как те, кто едва не загубил бизнес всех тамошних заведений, поскольку turistas стали бояться заглядывать к нам? Потому что все считали, что у нас прямо на улицах похищают младенцев.