Книга Тонкий лед на глубине, страница 37 – Алексей Градов

Рывок.

Шелест выдернул руку из бачка. Вода с шумом выплеснулась через пролом, окатив его грудь и плечо.

Он вынул изо рта смартфон, перехватил его в левую руку и опустил извлеченный предмет на широкую чугунную полку стенной ниши. Рука от кисти до локтя пылала багровым жаром реактивной гиперемии, мышцы предплечья подергивались в мелком треморе. Шелест дважды шумно втянул воздух через ноздри, восстанавливая дыхание.

Сверток представлял собой кусок плотной парусиновой мешковины, испачканной отработанным солидолом. Ткань была насквозь пропитана водой.

Не снимая шерстяной перчатки с левой руки, Шелест кончиками пальцев начал методично, без рывков разворачивать промасленные слои парусины. Ткань чавкала, выпускала пузыри воздуха и отдавала тяжелый запах машинной смазки марки «ЛЗ-ЦНИИ».

Из последнего слоя на свет диода показался металл.

Это был монолитный граненый цилиндр из тяжелой корабельной латуни длиной около двадцати сантиметров и диаметром около шестидесяти миллиметров. Верхний торец венчала массивная кованая петля с резьбовым зажимом, нижний оканчивался пологим конусом. Вдоль тела болванки шли шесть продольных фрезерованных граней, предназначенных для уменьшения гидродинамического сопротивления при быстром погружении в придонные слои. На верхней кромке читалась выбитая керном маркировка: «ГГИ-1984. Батометр Руттнера. Груз калибр. №2».

Оружие номер один. Штатный балластный отвес глубоководного гидрологического зонда, пропавший со станины в лаборатории Седых.

Шелест приблизил телефон вплотную к цилиндру, пуская луч вспышки по касательной к граням.

Металл сохранил следы недавнего механического контакта. На одной из продольных граней латуни, ближе к массивному конусному основанию, имелась свежая выбоина со сбитой острой кромкой — след сокрушительного удара по твердой костной ткани.

Внутри этой забоины и в микротрещинах латунного сплава застряли плотные, подсохшие чешуйки буро-коричневого цвета. Вода в бачке не успела растворить их полностью: жирная мазутная пленка парусины законсервировала биологические следы. Рядом с забоиной, приклеенные к маслянистому металлу тонкой пленкой свернувшейся плазмы, четко выделялись три волоса. Короткие, жесткие, абсолютно седые стержни с выраженной чешуйчатой структурой, характерные для затылочной области волосистой части головы пожилого мужчины.

Шелест наклонился ближе. Глаз зафиксировал: длина волос — около двадцати миллиметров, корневые луковицы деформированы, частично вырваны вместе с фрагментами эпителия при скользящем ударе по черепу сверху вниз.

Прямая причинно-следственная связь замкнулась.

Травма затылочной кости Гордеева была нанесена именно этим снарядом. Удар оглушил жертву, подавил способность к физическому сопротивлению и создал условия для беспрепятственного введения иглы с хлоридом калия в зону сонного синуса. После совершения убийства преступник спустился через метеошахту на первый этаж, завернул орудие в техническую ветошь в коридоре и утопил в бачке служебного туалета, чтобы скрыть следы биологических тканей до планового осмотра спасателями.

Но Шелест не убрал руку. Его внимание привлекла деталь на самом дне чугунного бачка, где продолжала бурлить вода, вытекающая через трещину.

Там, где секунду назад лежал двухкилограммовый латунный груз, на обнажившемся слое ржавчины что-то блестело. Блик был иным — не металлическим, а плоским, стеклянистым, характерным для синтетической пленки.