Книга Воспоминания усадьбы, или Тайна голубого блокнота, страница 16 – Елизавета Секисова

— Так куда ты шел?

Мужчина хмыкнул в усы.

— Так и быть, открою тебе тайну. Этот ход ведет от дома прямо к гроту у реки. Его построили очень давно, чтобы незаметно от всех попасть в дом или покинуть его. Никому постороннему нельзя о нем знать. Но даже это еще не все. Ход хранит в себе еще одну комнату. Туда я и шел. Хочешь со мной? Не испугаешься?

Девочка вздернула носик.

— Не испугаюсь! Ты учил меня быть смелой.

— И то, верно, — отец с гордостью погладил дочь по голове, — Сейчас я открыл тебе тайну. Береги ее, — Мужчина взял девочку за руку и нахмурился, — Да ты же замерзла. Так дело не пойдет, — скинув с себя домашний сюртук, укутал в него дочь, — Вот теперь идем.

Пока они шли, девочка с интересом осматривала ход, напевая что-то.

Вдруг мужчина остановился. Присел у стены, установив лампу на пол. Анна ведомая любопытством потянулась в перед. Почти у самого пола, среди кладки из кирпича выделялся белый камень. Будешь идти не обратишь на него внимание, а это немало важная деталь. Мужчина с усилием вдавил его в стену и часть её, примерно с аршин в ширину и почти в высоту коридора, на пять вдавилась внутрь. В полу показался механизм. Отец достал из углубления кованый ключ и, вставив его в отверстие, начал проворачивать шестерёнки. Стена медленно поползла в сторону. Показался проход. Небольшая комната оказалась заставленной полками с…

В последующих воспоминаниях я все четче могу просматривать отношения в семье. У Анны они лучше с отцом, нежели с матерью. Всеми девичьими секретами она, кончено же, делится с матерью, но, если нужен совет, спешит к отцу. Если его нет дома, она пишет трогательные, полные нежности письма.

* * *

— Мне обязательно ехать?

Встревоженная грядущими переменами девушка подходит к отцу, сидящему за рабочим столов в кабинете, обнимает его за плечи.

— Я хочу, чтобы вы с Катенькой получили хорошее образование. В нашем кругу это важно, ты и сама это знаешь. Это решено вы едите в Петербург.

Анна опускает взгляд и качает головой.

— Хорошо, — сдается она.

— Ну вот и славно. Ты все же девица, а не сорванец. Скоро превратитесь с сестрой в завидных невест, подыщем вам женихов.

— Ах, оставьте, папенька, — отмахивается девушка, краснея, — Я и не думаю об этом.

— Иди собирайся и сестре передай. Позже отправимся на станцию, провожу вас до института. За Реном пригляжу, будь покойна.

— Спасибо, папа. Мне так грустно покидать вас.

Взяв себя в руки, Анна спешит в свою комнату. Закрыв дверь на замок, она подходит к шкафу и достает из белья жестяную коробочку с блокнотом. Погладив шершавую обложку, открывает его на заложенной странице. Девушка садится за столик у окна и долго смотрит в даль. Солнечные лучи, освещая ее личико, придают еще больше нежности, но за этой нежностью прячется характер и сильная воля. Еще мгновение задумчивости, Анна берет перо и начинает писать.

Догорает лето,

Унося беспечность.

Стелется дорога,

Убегает в вечность.

Расставанье близко.

Гложет сердце грусть.

Обещанье дам Вам.

Вскоре я вернусь.

Кому же эти стихи?

* * *

— Здравствуйте, Сережа. Чем обязаны вашим визитом?

На крыльцо выпорхнула Аннушка, принимая степенный вид благовоспитанной выпускницы института. Раскрасневшиеся щечки выдают нетерпение, она заметила гостя из своей комнаты и спешила первой встретить его.