Книга Юркины бумеранги, страница 46 – Тамара Михеева

За Холмом был пустырь, вытоптанный тысячами детских и взрослых ног, — из года в год здесь играли в футбол и догонялки.

Вот и все ребячье королевство. Сами они называли себя Вольными Бродягами из Заколдованного Леса. Всегда Бродяги собирались у Камня. Вот и сейчас собрались здесь Сашка, Генка, Ленка, Петька, прибежал запыхавшийся Лёха. Только Олежка опаздывал. Он жил в другой части города — пока добежит!

Ребята ждали его у Камня. Солнце припекало.

— Хорошо-то как… — промурлыкала Ленка.

Королевство Вольных Бродяг простиралось перед ними во всей красе. Оживал под солнечным теплом Лес, зеленела молодая трава на Поляне, и от этого все на ней выглядело праздничным: и старенький деревянный столик, и высокие скамейки, и железная покосившаяся горка, и качели с широкой и длинной доской, и родник, и ручей, исчезавший в овраге за Лесом.

— Что-то долго Олежки нет, — стала беспокоиться Петька.

— Может, он и не придет.

Да, Олежка мог и не прийти. Были на то причины.

— Я, когда звонил, — сказал Сашка, — спросил, сможет он или нет. Он сказал, что обязательно.

— Мало ли что могло случиться…

— Может, и ждать не стоит, — буркнул угрюмый Лёшка.

— Нет, подождем, — сказал Генка. — Сейчас еще мой папа придет, у него к нам дело.

Все сразу оживились.

— А что за дело?

— Сейчас-сейчас, — хитро улыбался Генка, и по его лицу было видно, что дело приятное.

— Вон он! — крикнул Сашка.

Через Поляну к ребятам шел Генкин отец — Антон Владимирович Сумятин. Он был маленький, кругленький, как колобок, и очень представительный. Какое у него может быть дело к шайке Вольных Бродяг из Заколдованного Леса?

— Будьте здоровы, хлопцы и дивчины, — странно поздоровался Сумятин.

— Здрасте… — ответил ему нестройный хор.

— Пойдемте-ка присядем.

Все расселись у стола. Антон Владимирович посмотрел на каждого строгим взглядом и сказал:

— Скажите-ка мне, други мои, долго ли вы будете вот так носиться на воле, без общего дома, без своего места?

«Всё, — обреченно подумала Петька, — разгонят».

— А нельзя, что ли?

— Нельзя, друг мой Алексей, нельзя, — покачал головой Сумятин и повысил голос: — Вы посмотрите на себя!

Все посмотрели. Друг на друга.

— Учитесь в одном классе, живете в одном дворе, играете в одни игры… Вы, я смотрю, здороваетесь друг с другом как-то по-особенному, у вас шифры свои есть. Так?

— Так, — ответил за всех Сашка.

Никто не мог понять, к чему клонит Генкин отец.

— А раз так, — продолжал Сумятин, — то вы — команда, община, отряд, семья, как угодно назовите. А у семьи должен быть дом, а у отряда — штаб.

Все повскакали со своих мест. Потому что, чтобы ни предложил сейчас Антон Владимирович Сумятин, о своем штабе мечтали давно! Они даже соорудили в Лесу шалаш, но он не был защищен ни от холодов, ни от разорения хулиганами.

— Я вот что вам предлагаю, — сказал Сумятин-старший и переглянулся с сыном. — Мы тут с Геннадием подумали… Есть у нас дома, на потолке, один очень интересный люк. Ведет он на чердак. Чердак чудесный. Правда, небольшой, он перегорожен от второго подъезда. Но это не суть важно. Кроме этого люка на чердак ведет пожарная лестница… ну вполне безопасная. Если вы бы там навели порядок, я думаю…

Вот это да! Штаб на чердаке, откуда никто не выгонит, — это же мечта!

— Мы прямо сейчас пойдем туда, да? Прямо сейчас! — торопила Петька.