Книга Вторичка, страница 145 – Эра Думер

В один из вечеров Ян привел меня на спортивную площадку во дворе Дианиного дома; с трибун открывался вид на звезды: небесные тела светили неровно, словно их мерцание терялось в пучинах космической Всемирной Паутины, путаясь в облачных маршрутах. Я устроилась у бога на коленях и наблюдала, как светила «зависали», их сияние становилось плоским и безжизненным, а темное полотно проваливалось в белое ничто. Напоминало «глюки» в видеоиграх: иногда текстуры пропадали, демонстрируя пустоту закулисья.

Напарник отрешенно перебирал мои локоны. В его глазах отражались вспышки лагающих звезд, и я гадала, украдкой поглядывая на Яна: тянуло ли его на Инитий? Искал ли на небе Земли и других миров родное «солнце» – Эхо? Может, скучал по мудрой и страстной Тийе Серенай или черствому Джа-и, заменившему родного отца? В тот момент и я поддалась наваждению о детской поре, родителях, которых не стало в моей жизни в один день, квартире в тихом городке Московской области – смесь чувств оставляла терпко-сладкую ностальгию.

Подул ветерок, и я поежилась, тем самым потревожив крепкую думу Яна. Он поддерживающе улыбнулся, поймав мой взгляд, и уголки моих губ скользнули вверх.

— Твои иголки смягчились, – сказал он, посмеиваясь от статического электричества моих волос. – Забираю у тебя чин Иголочки.

— Не расслабляйся – взамен утраченной способности колоться я научилась бить током, – усмехнулась я и пригладила непослушные пряди. – Если серьезно, я думала, что с каждым Этажом мне будет хуже и хуже, а вышло все с точностью до наоборот, – вздохнула тяжко. – Зато ты совсем не изменился.

В глазах напарника вспыхнула неопознанная эмоция, но тут же спряталась за россыпью игривых искр:

— Ой ли? Все также чертовски хорош?

— Ага, – ответила я. – Но все еще не борец ММА.

Цифровой звездный хаос закружился воронкой; на мгновение на небе взошло две луны, и только я показала на аномалию, оба спутника пропали в зеленых квадратах. Я цокнула языком:

— Блин, не успела… – Последнее слово растворилось в общем дыхании.

Ян припал чувственными губами к уголку моих, устраивая ладонь меж лопаток, чтобы притянуть к себе; я поддалась, влекомая серебристым мерцанием небосвода, жаром его тела и неозвученными словами. Бог отстранился, чтобы рассмотреть мое лицо. Я поднялась, села к нему на колени и оказалась на линии обстрела взглядом. Впотьмах не могла распознать цвет глаз, хотя мне было все равно, потому что я тонула в них вне зависимости от глубины и градуса его океана.

Напарник обвел контур моих скул, погладил пальцем подбородок и несколько раз рвано поцеловал – я положила руки ему на плечи, разматывая в беззаботной радости вьющиеся кудри; мы не сдержали улыбок, соприкасаясь ими. Ян углубил поцелуй, зарываясь пальцами в волосы за ухом, поглаживая ямку за мочкой. Мир перевернулся – подумала, что виновата моя дурная голова, сыплющая метафорами, но, стоило открыть глаза, я перепугано вцепилась в отвороты рубашки бога.

— Ян! Мы сейча-ас… – Трибуна ушла из-под ног, закружилась, стала небосводом, а мы лежали среди глючной космической операционной системы. Мы потеряли осевую опору и нырнули в тонкое пространство макетов небесных сфер – гравитация исчезла.

В ответ раскатисто посмеялись и обвили талию, хотя в этом не было нужды, так как воздушные потоки держали нас на плаву.