Книга Жрец со щитом – царь на щите, страница 209 – Эра Думер

Она переменилась в лике, словно сбросив вуаль, обняла женщин со слезами и произнесла утешительные слова. Анния билась в истерике, а Кирка ершилась, продумывая, кому перегрызть горло за сына.

Эгерия не сдержала улыбки, когда вышла в благоухающий сад. Виктория осыпала её златыми перьями победы, начало было положено. В ночной тиши, оглушённая треском сверчков и цикад, кваканьем лягушек и пением птичек, Эгерия разобрала отчётливый шорох. Она сказала:

– Выходи, Плотий. Тебе незачем прятаться в тени, тут нет никого, кроме нас.

Плотий вышел на дорожку. Он стряхнул с плеча листву и поприветствовал царицу. Эгерия взяла Плотия под руку, и они отправились на медленную прогулку вдоль дорожек, высаженных живыми изгородями и арками.

– Как твоё самочувствие? Ты не болен? – справилась Эгерия.

– Иногда я чувствую смрад от разлагающихся тканей, моя царица.

– Тебе мерещится. Ты умер не так давно, чтобы успел начаться столь сильный процесс гниения. – Эгерия сорвала бутон белой лилии и вставила его в волосы над ухом. Она звонко рассмеялась, будто гуляла с возлюбленным, а не с восставшим покойником, и повернулась к Плотию. – Итак, пророчество дано. Дрянная ведьма Кирка не оставит его так просто – даром что дура совершенно не ведает: её попытки изменить судьбы юношей приблизят достижение моей цели. – Эгерия погладила нежные лепестки лилии и сжала один меж пальцев в задумчивости. – Первый – умный, как змея, украдёт анкил, потому что не сможет устоять перед реликвией, а второй с затуманенным сознанием и силой льва будет играть по нашим правилам и спасётся, когда Аиона ранят, благодаря воровству первого. Он отыщет записи в Карфагене и вернётся с ними на родину.

– Какая у меня миссия, царица?

– Будь рядом с кланом Туциев. Мы должны беречь их, но последний из них вернётся в Рим на щите. К ключевому моменту клан должен будет погибнуть.

Плотий обдумывал задачу. Эгерия двинулась дальше, освободив его руку. Она приплясывала от мыслей, что вскружили голову: как ловко она расставила и зарядила капканы – пешки минуют их, возгордившись, как они умны, но окажется, что путь их ведёт в западню.

Узел завяжется в Карфагене, а распустится в Регии, прямо под ликами надменных богов.

– Подойди сюда. – Эгерия опустилась перед венериными мухоловками, что раскрыли пасти и ждали наживы. Когда Плотий приблизился, она засунула травинку в один «капкан», что постепенно сомкнулся. – Первая муха – Пик. В него по сей день влюблена Кирка, что привязала его к себе насильно, когда он был молод. Чары спали, и божество разозлилось на неё, за что она прокляла его дочь от Каненты. Удачно, не так ли?

– Не совсем понимаю, к чему ты, царица.

– Сейчас поймёшь. – Она потянула травинку, как удочку. – Я подцепила Кирку на крючок, намекнув, что проклятие её мальчиков – дело рук Пика. Сделаем из него козла отпущения, и тогда все манёвры собаки будут нацелены на загон другого кролика.

Первая венерина мухоловка. Домус Туциев

– Он здоров, Кирка. Пока что, – устало заверил Плотий, запеленав младенца.

Кирка вцепилась в края колыбели обескровленными пальцами. На свою беду она доверяла добросердечному врачевателю некоторые секреты. Она погладила щёчку Ливия, и малыш заугукал, улыбаясь.

– Плотий, я в западне. Из-за моей ошибки страдают дети.