Книга Жрец со щитом – царь на щите, страница 145 – Эра Думер

Не теряясь, я набросился с мечом на врагов. Им я пронзил бок одного из нападавших, и он с хрипом рухнул на пол, потянув за собой покрывало. Второй же, ошеломлённый внезапным появлением, достал кинжал. Я парировал удар – лязгнул металл, мы потеряли оружие. Но я использовал массу: повалил противника на постель. В прорезях маски виднелись только чёрные глаза. Сжав его горло, согнул его буквой «с», прижав башкой к полу, а ногами – к постели.

Но поцелуй Бахуса навалился на меня – в очередной раз не вовремя, Орк побери!

— Вы – чёр-рные петухи! – едва ворочая языком, заявил я. – Я бы помочился на ваши лица, как на тот кустар-рник. – Я пьяно махнул рукой в сторону коридора. – Валите к Ор-рку! Или своим там… Танитам… Тинитамам…

Двое переглянулись. Один истекал кровью, но второй был во всеоружии. Он сбил меня с ног, поменявшись местами, и принялся душить. Я дал ему в живот под крик несчастного ребёнка и уронил на лопатки.

— Тиха! Не кукар-рекайте, дитятко спит, – строго заявил я, пошатываясь, и приставил к губам палец. – Раскукар-рекались, падлы пер-рнатые…

С новыми силами, которые мне придавала хмельная кровь, я подобрал тупой декоративный меч и кинулся с ним на противников. Но они сумели отбиться. Тот, кого не ранили, подхватил подельника, распахнул балконную дверь и спрыгнул. Спотыкаясь, я побежал к балюстраде, но разглядел лишь шевеление в кустах – двое уже сбежали.

— Ублюдки… и клювы у них дурацкие, и голос ранним утром, – роптал я, растекаясь по балкону, – тупые птички…

Астарбел села в постели, тяжело дыша. Растрёпанная, она со смесью ужаса и благодарности посмотрела на меня и бросилась к колыбельке. Дитя всё ещё плакало: она взяла его на руки, поправляя ткани, в которые он был завёрнут. Крики вскоре сменились тихими всхлипываниями. Астарбел прижала младенца к груди, подошла ко мне и прохрипела:

— Я благодарна тебе за спасение. – Лишённая голоса из-за удушья, она откашлялась и, покачивая ребёнка, добавила: – Поднимайся, иначе застудишь почки и будешь чаще испражняться в наших садиках.

С усталой улыбкой Астарбел следила за моими неуклюжими потугами встать на твёрдые ноги.

— Ганнибал подослал… – Я встал, опираясь на перила. Облокотится о них. – Подослал к тебе убийц?

— На войне как на войне. Я первая начала – стоило ждать беды.

— Это точно была ты?

— Не имеет значения. Главное здесь то, что мы с Талилой подверглись нападению. – Астарбел подняла глаза на ночное небо – особенно близкое к земле, в отличие от римского, и в её очах отразилось две луны. Она опустила взгляд на меня; её фигура троилась перед пьяным взором. – Ты охотишься на злых духов, я знаю. Тем временем вижу, что ты справляешься и с монстрами, облачёнными в человеческие тела.

— А, знаю, чему пр-редшествуют твои хвалебные р-речи, – хмыкнул я. – Хочешь нанять меня сателлитом?

Астарбел поцеловала дочь в лоб и улыбнулась, однако глаза её остались холодны:

— Ромул и Рем, помнишь? Твой названый брат – советник Ганнибала, а ты – мой телохранитель. Жизнь упорно разводит вас по противоположным сторонам. Какую примешь ты, а какую – Луциан?

«Свою, – подумал я скрепя сердце. Я вспоминал детали наших легендарных и трудных приключений, какими мы поделились с карфагенскими сенаторами за ужином. – После всего, через что мы прошли, я не подниму на Ливия оружие».