Книга Принцесса для Темных земель, страница 14 – Таня Туманная

— Это то, что я умею, и это то, чему я могу тебя научить. Ты готова?

Я поёжилась.

— Да, если других вариантов нет.

Талория усмехнулась и сказала что-то, но Алтан не стал переводить. Они обменялись парой фраз, прежде чем вернуться к разговору со мной.

— Тебе придётся принять нашу землю со всей её жестокостью, со всей её яростью и со всей её болью. Не сумеешь — ни за что не пройдёшь инициацию.

Я устала от запугиваний и закатила глаза. Жест невежливый, но остановить я себя не успела.

— А будут конкретные упражнения? Или мне просто лечь, обнять вашу землю и надеяться, что всё сработает как-нибудь само?

Талория рассмеялась.

— Нет, объятия здесь навряд ли помогут. Давай начнём с того, что ты и так уже умеешь.

«Например, кого-нибудь разочаруем» — исключительно мысленно прокомментировала я.

— Попробуем сплести работающий амулет. Направляющий, для начала, раз уж до основных принципов его создания ты дошла сама.

Я кивнула.

Джархан

Перед ужином я пошёл за Лилит. Моя супруга сидела на голой земле и оплетала сорванной травой скрученные в виде примитивного человечка прутики. Алтан, увидев меня, поднялся с заметным нетерпением.

— Забираешь, наконец, свою принцессу? — спросил он на нашем языке, словно позабыв о просьбе при Лилит говорить для неё понятно.

— Сообщения, о которых я не знаю? — уточнил я причину спешки на блуокском.

Алтан нервно хохотнул, но ответил мне в тон.

— Да, с границы. По личным каналам. Я пойду?

Я кивнул, отпуская его, и улыбнулся Лилит. Она подняла на меня глаза, но сразу же перевела взгляд в сторону. Не похоже на то, как отводят люди глаза от скуки. Скорее, так, будто смотреть на меня ей тревожно. Странно, учитывая, что с утра мы вроде бы друг друга поняли.

— Я хотел показать тебе кое-что.

— Надеюсь, это не связано ни с какими мрачными историями, — тоскливо вздохнула Лилит. Я рефлекторно подал руку. Она, к моему удивлению, вложила в неё свою.

— Нет, нисколько. Талория утомила тебя?

Лилит покосилась на меня и ответила осторожно, явно тщательно подбирая слова.

— Отчасти. Меня впечатляет её мастерство, но немного пугает нрав. Я знаю, что все друиды философски относятся и к жестокости, и к смерти, но она какая-то особенно суровая.

Я хмыкнул. Говорить или умолчать о том, что Талория — одна из самых мягких, если не сказать сентиментальных из знакомых мне друидесс? Не хотелось пугать Лилит раньше времени, но постепенно готовить её к жизни в нашей реальности нужно.

И всё же, пока я решил не нагнетать.

— Возможно, ваше общение затрудняет косноязычие Алтана. Талория не жестока. Она единственная знакомая мне друидесса, кто хотя бы смутно догадывается о существовании того, что по вашу сторону Реки называют «снисхождением».

Лилит

Ночнушки, заботливо упакованные матушкой, не отличались изяществом. Удивительно, но вариант, что мне захочется быть красивой для своего супруга в постели, мама даже не рассматривала.

Не могу её осуждать. Это не похоже на ту меня, к которой она привыкла. Кто же знал, что впервые после влюблённости в Криса я почувствую к кому-то интерес.

Хотелось нравиться Джархану. В длинной и совершенно бесформенной льняной камисе у меня не было ни единого шанса.

Из-за ширмы я вышла с лицом печальным и напряжённым. Джархан кинул на меня короткий взгляд и вернулся к чтению. Вместо подготовки ко сну, супруг листал книжку, написанную на незнакомом языке.