Книга Величие. Книга 2, страница 71 – Мария Тиамат

— Здесь тонкая грань, – объяснила Геасфель. – Одно дело, когда Шиа считает кого-то своим врагом. Тогда ей легко и она ничего не боится. Но если она сочла, что соответствует какому-то обществу, а её отвергают – вот тогда она попадает в уязвимое положение. Тут она уже не может просто так объявить войну. И… да, глубоко внутри она сильно переживает. Ты ведь уже заметил, какое у неё самолюбие.

— И чем же всё закончилось тогда?

— Шиа переняла их привычки, и к ней стали меньше цепляться. С теми, кто продолжал дразниться, вроде даже дралась. Заставила себя уважать, одним словом. А ещё ей помогла Арестея. Помнишь, та девушка, с которой Шиа соперничала за флаг в самом конце? Она первая начала дружить с Шиа и подала остальным пример.

* * *

— Неотёсанная, взбалмошная, наглая! – Сепиру, расхаживая по комнате, как молотом впечатывала свой приговор, но Пьерше невозмутимо её перебил:

— Да ладно, я бы так не сказал. Да, она живая по характеру, но ей лишь нужно хорошее наставничество. В конце концов, Шиа росла не здесь, поэтому вполне естественно, что она ведёт себя по-другому. Но в ней есть потенциал.

— Не знаю, она меня раздражает. Кэрел, ты что думаешь? – нетерпеливо воззвала ко второму другу Сепиру.

Как это часто бывало, Аурелий пригласил их к себе на обед, и, ожидая императора в столовой зале, граф и баронесса наперебой рассказывали Кэрелу о вчерашнем визите эльфийки в Министерство.

Услышав, что его зовут, князь Мелирт неопределённо пожал плечами.

— Лично я к ней ничего особого не чувствую. Конечно, Шиа младше нас и что-то детское в ней ещё присутствует. И привлекать к себе внимание она любит. Однако, насколько понимаю, Шиа росла в провинции и сумела поступить в столичную академию. Закончила с отличием, получила медаль в состязаниях. Всё это говорит о том, что она целеустремлённая и сообразительная.

— Ну ладно, – сдалась Сепиру. – Может быть, я неправа.

— Чем уж она тебе так не нравится? – удивился Пьерше. – Можно подумать, тебе приятнее общество нашей княгини Брунгервильсс.

— Уж Арэйсу, во всяком случае, вызывает во мне уважение.

Граф удивлённо приподнял брови.

— Тогда я вообще твоих вкусов не понимаю.

— А тебе Шиа нравится, просто потому что ты не прочь с ней пофлиртовать, разве нет? – холодно спросила баронесса.

— Не спорю, не будь она с Аурелием, я бы вёл себя по-другому, – с усмешкой признал Пьерше. – У нашего императора хороший вкус. Но не будем больше об этом. Я думаю, Шиа может принести нам пользу. Белая империя слишком давно находится в изоляции. Когда-то это защищало нас, но теперь, наоборот, мешает. Союз императора с эльфийкой, даже незнатной, поднял бы имидж нашей страны, сделал бы её открытой для будущих дипломатических браков. А Шиа обладает тем самым складом характера, который позволяет очаровывать публику.

— Хорошая перспектива, – кивнул Кэрел. – Но у нас есть и внутренняя проблема. Никто не воспринимает роман императора с иностранкой всерьёз. Всем ясно как день, что в конце концов Табриесс женится на нордианке. Этой зимой будет первый бал, и каждая аристократка возлагает на него большие надежды. Если Аурелий объявит во всеуслышание, что выбирает Шиа, – я даже не представляю, какую бурю протеста это вызовет. Полагаю, наши аристократы ужаснутся больше, чем при резне в особняках Брунгервильссов и Шайратов. Какие начнутся теории заговора, националистические идеи, скандалы!..