Книга Величие. Книга 1, страница 69 – Мария Тиамат

— Ах, вот как. Действительно, как я могла так ошибиться? – Она вышла навстречу, зловеще усмехаясь и наслаждаясь ошарашенными лицами сестры и норда. Первой пришла в себя Геасфель: она подалась вперёд, предупреждающе поднимая ладонь, но Шиа её опередила, обращаясь к Аурелию: – Да что ты о себе возомнил? Думаешь, я тебе в объятия готова кинуться, только позови?! Да ты для меньше, чем никто! Я первая бы тебя бросила, потому что отправляюсь в Неизведанные земли, и ты меня больше никогда не увидишь!!

Теперь лицо эльфийки перекосилось от ярости. Она вскинула руку с зажатым в ней цветком, словно желая ударить Аурелия – а возможно, именно это она и собиралась сделать, – да так и застыла, раздираемая противоречивыми эмоциями. На какой-то момент в её взгляде блеснули боль и слёзы, но злость быстро пересилила их, и Шиа швырнула камелию себе под ноги, ломая стебель, а затем наступила на неё, разрывая на части ступнями.

— Шиа, подожди!.. – вскрикнул Аурелий, приходя в себя, едва бутон ударился о пол гостиной, но эльфийка развернулась и выбежала на улицу.

Он пытался догнать её, но Шиа, конечно, спряталась от него в парке. В парке, где недавно зародилась их дружба. Именно сейчас, как никогда, хотелось использовать телепортацию, чтобы быстро отыскать её, но это раскрыло бы его инкогнито. Аурелий постоял некоторое время на ступенях у потрескавшейся статуи, борясь с отчаянием и только начиная в полной мере осознавать масштабы случившегося. Ещё не верилось, ещё казалось, что только вернись он на секунду назад, вот чуть-чуть – и было бы совсем по-другому! И всё-таки он стоял один, а крик разгневанной Шиа продолжал звенеть в ушах. Неужели они с Геасфель так увлеклись, что потеряли бдительность? Всевидящая Бездна, сколько же Шиа успела услышать? Судя по всему, только самый конец их беседы. Но как, как так получилось?! Он не хотел, не хотел, не хотел!..

— Я должен поговорить с ней… – убито произнёс Аурелий, вернувшись. – Я не могу допустить, чтобы она поняла всё так превратно…

— О, тебе удастся сделать это не раньше, чем Шиа хоть немного остынет, – вздохнула Геасфель. – И, кстати, как ты собираешься объясняться? Теперь ты можешь сказать ей лишь правду. Ложь сделает только хуже.

— Я не знаю… – покачал головой Аурелий.

— Поэтому лучше потрать время на то, чтобы сочинить правдоподобную историю без лишних подробностей. Выслушать тебя, поверь мне, она соблаговолит нескоро.

* * *

Всё было разрушено в одночасье. Шиа не желала видеть Аурелия ни на следующий день, ни на второй, ни на третий, ни на четвёртый. Он ходил потерянный, терзаемый раскаянием. Не мог простить себе, что невольно нанёс ей удар в самое болезненное место. И ведь дело было лишь в том, что в глубине души Аурелий сомневался, насколько серьёзны чувства Шиа. Ей восемнадцать, мало ли какие влюблённости могут посещать её! У императора нет возможности дурачиться, как подростку, ухаживая за девушкой ради самого веселья. А когда влечение сильно, лучше и вовсе не потакать ему.

Но взгляд Шиа сообщил ему всё сполна. Как она была страшна в тот момент! Аурелий до сих пор вспоминал с содроганием. Раскаяние терзало невыносимо. Если он вернётся в Белую империю, хотя бы частично не искупив вину, ему станет ещё хуже, чем было, когда он уезжал.