Книга Величие. Книга 1, страница 64 – Мария Тиамат

— С ума сошла. Она же могла разбиться! – побледнела Геасфель.

Каждый раз, как Шиа дёргала за очередной корень, сверху сыпался песок. В кожаной защите было жарко, но зато она уберегала от порезов. Бесконечный каскад растительности мельтешил перед глазами, а однообразная последовательность подтягиваний изнуряла. Мысли, какие бы до сих пор ни оставались, исчезли, уступая место напряжённому, монотонному труду. Боль мышц и едкий, заливающий глаза пот. Бешено стучащее сердце. Собственное хриплое дыхание. Это были единственные ощущения, которые пульсировали в её мозгу – то тише, то громче.

Когда перед Шиа наконец появился мягкий, пружинистый сосновый дёрн, его сладкий запах вызвал у неё головокружение. Эльфийка вползла на него, на последнем дыхании выволакивая тело наружу, и земля оглушила её низким, вибрирующим гудением.

Это было что-то знакомое… Что-то, за чем она сюда явилась… Ей не хватало воздуха, хотелось лежать на этой прекрасной земле и забыть обо всём… Опомнившись, Шиа вскочила. Перед ней на серпантине возникли Акелла с Арестеей.

Столкновение оказалось столь неожиданным, что волчица машинально шарахнулась в сторону. Раздался глухой удар – Арестея, не удержавшись, свалилась с седла, но именно это её и спасло: вслед за тем яркая вспышка сравняла объёмную реальность до одномерных теней. Ослеплённая Акелла завыла от ярости и боли. Никто не видел, как на спине Шиа проступили светящиеся контуры вживлённых рун, но Аурелий, наблюдавший через зеркала, сразу догадался, что это за магия. Арестея, вероятно, тоже.

— Ты! Какая подлость! – прорычала она, вытирая кровь с разбитой губы и выхватывая меч.

Её лицо исказилось от гнева – гораздо более яростного, чем можно было бы считать естественным для ситуации. Половина её доспехов отсутствовала – очевидно, для того, чтобы помочь Акелле бежать с украденным флагом как можно быстрее.

— В бою любые способы хороши, – устало рассмеялась Шиа. – Неужели ты думала, что я не приду за тобой? Ты ведь так надеялась, что мы будем в одной команде.

Арестея не ответила, атаковав. Их взгляды, один – полный отчаяния, другой – снисходительный, схлестнулись в противоборстве, как и мечи, высекая невидимые искры. Где-то рядом выла Акелла, бессильно тряся мордой. Позади них плавилось в маревной жаре каменное возвышение, на которое и надлежало возложить флаг. Вокруг него Шиа с Арестеей и крутились, соревнуясь в мастерстве.

Иногда казалось – они пытаются друг друга убить. В этом поединке скрывались эмоции гораздо более неоднозначные, чем тщеславная жажда победы, и удары лезвий были столь резкими и нацеленными, что, должно быть, вызывали у зрителей дрожь. Руки Шиа всё ещё тряслись от усталости, дыхание сбивалось. Она то и дело уворачивалась, чтобы собраться с силами для ответного выпада.

С каждой секундой хищный танец рос в совершенстве, напоминая игру в кошки-мышки, где обе эльфийки попеременно превращались из преследователя в жертву. Лишь чья-то ошибка могла положить ему конец.

— Если ты думаешь, что я проявлю к тебе сострадание, то глубоко ошибаешься, – ожесточённо прошипела Арестея, когда их мечи вновь столкнулись с глухим скрежетом.

— Неужели? Ты действительно готова причинить мне боль? – улыбнулась Шиа, показывая повязанную на свободном запястье фенечку.