Книга Плохая, страница 47 – Иман Кальби

Он убыстряет темп, а я уже не сдерживаю себя, кричу во весь голос, остервенело подмахивая ему. Еще пару взмахов- и всё… Взрываюсь. Рассыпаюсь на тысячи осколков. Теряю и нахожу себя в прострации от затмения, обрушившегося на мое израненное сознание ливнем облегчения и долгожданной свободы от стресса пережитого.

Должно быть, прихожу в себя не сразу. Потому что когда, наконец, размыкаю глаза, вижу его самодовольно-ироничную физиономию всё еще в паре сантиметров от меня. С недоумением опускаю глаза вниз, на место слияния наших тел. Он все еще во мне. И все еще так же тверд и крепок, словно бы мы только начали. Судя по всему, до разрядки ему далеко.

— Красиво кончаешь, смотрел бы и смотрел. — Улыбается всеми белоснежными зубами. Впервые вижу его улыбку. Правда, она совсем не добрая. Скорее наоборот, пугающая. Улыбка превосходства. Опускает пальцы на мои губы и грубо обводит их, сминая плоть.

— Сегодня я еще поимею этот рот, — шепчет он, наклоняясь ко мне, снова кусает губы, — я поимею, а не ты меня, Алёна… Я сказал тебе, ты ничего не решаешь, хоть все еще продолжаешь пытаться манипулировать мной…

Снова толчок- я вскрикиваю от неожиданности. Получается как-то жалко, беспомощно, растерянно. Его это тоже заводит. Я снова вижу триумфальный взгляд, который одновременно заставляет меня хотеть Даниэля еще больше и еще сильнее ненавидеть.

— Ты съел виагру? — не могу не съязвить я, чтобы хоть немного замазать его надменное превосходство надо мной в собственных глазах, но не тут-то было. Похоже, на этот раз мальчик подготовился не только к физической, но словесной дуэли со мной.

Он лишь усмехается и отрицательно качает головой.

— Виагра нужна была твоим престарелым любовникам-извращенцам. Я накануне отменно потрахался с двумя умелыми проститутками, так что развести меня как голодного до тела пацана сейчас не получится, Алёна. Готовься отработать свой долг по полной.

Он подхватывает меня на руки, ногой грубо открывает дверь в душевую и выбирается со мной наружу. Доходит до кровати, кидает на постель без церемоний и снова выжидающе смотрит.

Возможно, он ждет моего отчаяния или растерянности, но я не даю ему и этого преимущества. Мне правда с ним хорошо. И у меня правда давно не было такого отменного секса, какое обещает его идеальное тело. Похоже, со времен Микаэла Увейдата и Али в начале наших отношений, когда наркота и лень еще не успели превратить его в утырка. Я улыбаюсь Тигру и развожу ноги, красиво выгибаясь. Его глаза загораются уже знакомым мне жгучим блеском, пряча холод ртути. Опускается на меня сверху, от чего кровать жалобно скрипит. День обещает быть долгим… Кто знает, а может еще и ночь…

Я лежу на животе, чувствуя, как нежные прикосновения ветра, то и дело забегающего в приоткрытую форточку, трогают мою обнаженную кожу. Моя кисть небрежно-расслабленно гладит лакированно-текстурированную поверхность деревянного паркета. Я вообще вся сейчас предельно расслаблена. Как желе. Нет даже сил сосредоточить взор. Он вымотал меня. Действительно, что ни говори, заставил с лихвой «отработать» свою несказанную «щедрость». Но какова была отработка… Думаю об этом, и внутри опять все сжимается от отголосков сладких судорог.

Мне было хорошо? Восхитительно. Наверное, это был лучший секс в моей жизни. Этот дьявол умело смешивал грубую похоть и страстные порывы, оскорбительные приказы и блеск вожделения в глазах, который тут же трансформировал желание врезать ему по лицу в сладкий стон удовольствия. Я ожидаемо потеряла с ним счет времени. Но даже не удивилась, когда дернувшаяся от порыва ветра штора открыла взгляду погружающийся в сумрак пейзаж за окном, когда он в очередной раз насаживал меня на себя.