Книга Не для любви, страница 76 – Мира Айрон

В общем и целом, с функциями родителей Глеб и Ольга справлялись прекрасно. Остальное Ольгу не заботило, а Глеб довольствовался тем, что есть, загнав свои притязания и мечты куда подальше.

Однако сегодня, когда Ольга пила чай, Глеб появился в кухне, налил себе чай и сел за стол напротив новоиспечённой жены. Безусловно, Глеб дал Ольге слово, что их брак будет фиктивным, и не собирался это слово нарушать, однако в мыслях он называл Ольгу только женой, и никак иначе.

Несколько минут они провели в абсолютном молчании, будто в вакууме, а потом Ольга первая разбила невидимый барьер и задала вопрос:

— Как прошла твоя поездка, Глеб?

— Сделал всё, что хотел, даже немного больше.

— Как родные… твоей покойной супруги?

Глеб прекрасно понял уловку Ольги: она нарочно свернула на другую тяжёлую тему, чтобы увести его от разговора о встрече с Бахтеевым.

— Держатся, — пристально глядя на Ольгу, сказал он. — Сыновья, невестки и внуки рядом, они спасают. В подобных ситуациях всегда очень важно, чтобы кто-то близкий оказался рядом. Правда, Оля?

— Наверно, — пожала плечами Ольга и посмотрела на окно, закрытое глухими шторами.

— Оля, — Глеб по-прежнему не сводил глаз с бледного и растерянного лица жены. — Этот Лёха — он кто? Кто он для тебя?

— А как вы встретились? И почему решили пить вместе?

— Он как-то наблюдает за твоей жизнью, я так понял, и узнал обо всём: о Фёдоре, об усыновлении… Обо мне. Решил провести со мной профилактическую воспитательную беседу. Встретил прямо у кладбища и препроводил на свою дачу. Ты же была там?

Ольга вздрогнула, и чай выплеснулся из чашки на стол. Вскочив, схватила с раковины губку, а потом ещё прошлась салфеткой.

— Оля, кто для тебя этот Бахтеев?

— Одноклассник, — тяжело вздохнув, Ольга вернулась за стол. — Потом в одном училище оказались, только на разных специальностях. Случайно встретились снова не так давно… Чуть больше года назад.

— Я помню, — кивнул Глеб. — Даже слишком хорошо.

— Глеб…

— А у вас… — перебив Ольгу, Глеб начал было формулировать вопрос, но забуксовал на начальной стадии и не смог продолжить.

— Лёха, — взяв себя а руки, твёрдо заговорила Ольга, без смущения встретив взгляд Глеба. — Он мой лучший друг. Он самый лучший человек на свете. Он единственный мужчина в этом мире, — кроме Фёдора, разумеется, Федя вне конкуренции, — котрого я люблю и уважаю.

Ольга видела, как лицо Глеба потемнело, но уверенно продолжала:

— Он единственный мужчина, для которого я, прежде всего, — человек, а уже после — всё остальное.

— И он единственный, кто оказался рядом тогда, правда, Оля?

— Да. Оказался рядом и вытащил меня, не требуя ничего взамен. Знаешь, если такой человек в жизни есть, то твоя жизнь априори удалась, безусловно. Не всем так везёт, как мне, Глеб. У меня такой человек есть.

— Прости, Оля…

Глеб сказал это тихо и почти без эмоций, но Ольге внезапно передалось всё отчаяние, которое он испытывал сейчас.

— Я не смог стать таким, более того, даже не пытался. Мне всегда чего-то было мало, чего-то не хватало, и я только требовал. Не хватало тебя, не хватало твоей любви, в тебе чего-то хватало. Так всегда бывает с эгоистами: сами они ничего дать не могут, зато требуют и требуют, и всё им… то есть, нам, мало.

— Глеб, скажи честно, историю с усыновлением Фёдора ты подстроил специально? Теперь-то можно рассказать, ведь я уже выполнила твоё условие и никуда не денусь. Теперь я опять в положении ожидающего и зависимого от обстоятельств.