Книга Не для любви, страница 91 – Мира Айрон

В посылке оказался дорогой стильный альбом с фотографиями Ольги. Эти фотографии были сделаны в самом конце весны, почти летом две тысячи второго года. Ольга, которая и так догадывалась, от кого подарки, только убедилась в своей правоте.

— Ой, какая вы тут, Ольга Викторовна! — восхищённо воскликнула Кира.

— Да, мам, просто супер! — в голос подтвердили сыновья.

Отставив в сторону бутылку ви́ски и закуску, побледневший Глеб опустился на диван, сжимая в руках альбом. Лёха понимающе хмыкнул.

— О как, — тихо констатировал он. — Оль, ничего не хочешь рассказать?

— Придётся, — вздохнула Ольга. — Простите, что скрыла. Не хотела заново поднимать это всё.

— Ребята, а поехали в кино? — воскликнул понимающий и очень чуткий Фёдор.

— Да, точно, прекрасная идея! — с энтузиазмом подхватила Кира.

Ярослав, который чувствовал, что у взрослых сейчас будет очень интересный разговор, уже набрал в грудь воздуха, чтобы отказаться от поездки, но Фёдор настойчиво и крепко взял его под руку, и потащил к выходу из гостиной.

* * *

Вечером, когда абсолютно трезвый Лёха уехал домой, а молодёжь ещё не вернулась, Глеб и Ольга сидели в гостиной у камина. Глеб держал жену за руку. Он казался по-прежнему задумчивым и печальным.

— Всё ещё сердишься? — виновато спросила Ольга.

— Я и не сердился, — покачал головой Глеб. — Просто иногда думаю о том, выдерживаю ли конкуренцию, и ответ далеко не всегда внушает оптимизм.

— Так, с этого места поподробнее! — Ольга забралась на колени к мужу, обняла его за шею и близко посмотрела в любимые серые глаза.

— Будто мало мне было твоего вечного белобрысого рыцаря, теперь ещё и Януш Сокольский на мою голову свалился.

— Никуда он не свалился. У Яна там, в Питере, такая зона комфорта, что можешь не переживать за него. Ему нужно было ненадолго предаться ностальгии, и он это сделал. А Лёша… Нужно это понять. Он не такой.

— Да, я помню, — усмехнулся Глеб. — Ты мне как-то сказала, что любишь только его.

— Ну да, ну да! Я сказала: люблю как друга. Хотя сейчас уже, скорее, как брата. А ещё надо понимать, когда именно я это сказала. Я же тогда почти ненавидела тебя, хоть и понимала, что всё равно люблю и никуда от тебя не денусь.

— Любила меня тогда? — в глазах Глеба мелькнуло огромное облегчение. — А почему не говорила об этом потом, позже?

— Так и ты впервые за двадцать лет припомнил мне мои же слова.

— А сейчас любишь меня?

— А сейчас ещё больше люблю, — Ольга быстро поцеловала Глеба. — И счастлива с тобой каждое мгновение.

— И вправду, скоро у нас годовщина. Двадцать лет! А помнишь, как мы познакомились?

— Ещё бы! Упрямец мой, — Ольга зарылась пальцами в шевелюру мужа. — Так и сказал: все говорят, что я очень упрямый. А танец помнишь?

— Помню, — Глеб положил руку на спину Ольги, и глаза его начали темнеть. — Давай потанцуем, пока никого нет?

— Давай, — обрадовалась Ольга. — Сейчас найду эту песню.

Ольга включила музыку в смартфоне, а Глеб встал и подал жене руку. Притянул Ольгу к себе и прижался щекой к её макушке.

"Не оставляй меня, не причиняй мне боль.

Не оставляй меня одну под дождём.

Вернись ко мне, и я снова буду улыбаться.

Приди и высуши эти слёзы.

Я хочу, чтобы ты меня обнял…"

Конец.

Больше книг на сайте — Knigoed.net