Книга Милость богов, страница 65 – Джеймс С. А. Кори

Вернувшись, они застали Синнию в той же позе, со сложенными на коленях руками. Остальные завязали разговор, поэтому Рикар подошел к ней и спросил, какие комнаты уже заняты, а какую может занять он. Та показала, и он выбрал дверь подальше от остальных.

Он повозился с душем, опешил от красной жидкости, потом разомлел под теплой водой. Синяки на спине потускнели, но еще побаливали. Ребра ныли, если дышать глубоко. Он вымыл волосы, побрился и постарался вспомнить, что знает о психологии травмы. Когда-то он читал работы на эту тему, но в то время знания казались абстрактными.

Оставленная пришельцами одежда подошла, но хотелось бы еще получить приличный пиджак и пару мягких туфель.

Вернувшись в общую комнату – чистым и свежим, не считая струпа, размокшего и кровоточившего после душа, – он увидел, что все сидят на кушетках, стульях и пуфиках, приблизительно образовывавших круг. Нет, скорее овал, с Тоннером в центре. И тут все по-прежнему.

Он прошел в кухню, где на термоплитке тихонько кипело что-то похожее на суп, с запахом говядины и свежего имбиря – лучшим в мире, подумал он. Никто не возразил, когда Рикар, взяв миску и ложку, положил себе порцию. После почти безвкусной пасты, которой он обходился в пути, глубокий, насыщенный вкус кружил голову. Слушая краем уха разговор, он изучил содержимое шкафа. Фрукты, мороженое мясо, ломти хлеба, холодные, как бы не совсем оттаявшие, свежие овощи – но никакой зелени. Видно, способ, с помощью которого карриксы при перелете предохраняли продукты от порчи, подходил для стручкового горошка, но не для салата.

— Он не сказал: жизнь или смерть, – доказывала Иринна, грозя кому-то пальцем. – Он сказал, что есть всего одно испытание. Признание бесполезным не обязательно означает казнь. Может, бесполезных отсылают на родину.

— Они убили восьмую часть населения, просто чтобы обратить на себя внимание, – сухо напомнил Кампар.

Если Синния и присутствовала при начале беседы, она куда-то подевалась. Пожалуй, это было к лучшему. Рикар ел, облокотившись на кухонный прилавок: вместе со всеми, не претендуя при этом на место в общем кругу.

— Не важно, – сказал Тоннер. Его взгляд казался диковатым. От страха, решил Рикар. Что ж, понятно. Все они были напуганы. Но за этим стояло что-то еще. Может быть, волнение. Или тот азарт, ради которого его научную группу стоило тащить через межзвездное пространство. – Убьют они нас, или отправят домой, или что еще. Мне все равно, и вас это не должно волновать, потому что мы не отступимся. Мы победители и, черт побери, останемся победителями.

Джессин кивнула, почти незаметно. Решимость Тоннера растрогала Рикара, неожиданно для него самого. Вспомнилось прочитанное в юности, когда он подумывал о том, чтобы стать военным: «Командующий должен быть особенно тверд, когда отдает приказ, противоположный отданному накануне». Он не помнил, кто это сказал – вроде бы какой-то прославленный военачальник. Тогда он не понял. А сейчас, кажется, понял.

Остальные вцепились в уверенность Тоннера, как человек, попавший под град, вцепляется в зонтик. Рикар заметил, как они принимали более привычные, свободные позы.

— Я присмотрелась к пищевому организму, – заговорила Илси. – Кажется, он не растет на том прутике. Думаю, это разные виды.