Книга Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня, страница 100 – Тахира Мафи

Ощущение вины мгновенно исчезает.

Присмотревшись, я вижу, что он невредим. Наступает на ногу, как на здоровую, с лица сошли все следы побоев, веки уже не отекшие, и порез на лбу бесследно зажил, кожа выглядит гладкой и нетронутой. Про себя признаю, что Кенджи был прав.

У него действительно красивое лицо.

Вызывающая линия подбородка. Безупречные брови. Угольно-черные глаза и волосы. Элегантен. Силен. Немного опасен.

— Привет, красотка!

— Прости, что чуть не убила тебя.

— О… – осекается он и засовывает руки в карманы. – Ну, я рад, что мы с этим разобрались.

Я замечаю, что на нем футболка с фабричными дырами и темные джинсы. Сколько же времени я не видела никого в джинсах! Военная форма, хлопковое белье и дизайнерские платья – все, с чем я сталкивалась за последнее время.

Мне стыдно перед Кенджи.

— Я запаниковала, – объясняю я, переплетая пальцы.

— Я так и понял. – Он приподнял бровь.

— Прости.

— Да ладно.

— Ты выглядишь лучше.

Он улыбается. Потягивается. Прислоняется к стене, сложив руки на груди и скрестив ноги.

— Трудно тебе, наверное.

— В смысле?

— Смотреть на мое лицо и сознавать, что я был прав: зря ты сразу отказалась. Но я не гордый и охотно тебя прощу.

Я смотрю на него открыв рот, не зная, захохотать или швырнуть в него чем-нибудь.

— Не заставляй меня дотрагиваться до тебя.

Кенджи сокрушенно качает головой.

— Непостижимо, как можно так клево выглядеть и быть такой в прямом смысле недотрогой! Кенту, гаду, повезло.

— Простите. – Психолог встал. – Вы закончили? – Он смотрит на Кенджи. – Ты вроде по делу пришел.

Кенджи оттолкнулся от стены и выпрямился.

— Да. Слушай, Касл хочет тебя видеть.

— Сейчас? – Блондин растерян больше, чем я. – Но я еще не закончил осмотр!

Кенджи пожал плечами:

— Он хочет ее видеть.

— Кто такой Касл? – спросила я.

Блондин и Кенджи посмотрели на меня. Кенджи отвел глаза, Блондин – нет.

— Кенджи не рассказал вам, куда вы едете?

— Нет, – неуверенно говорю я, бросая взгляд на Кенджи, упорно рассматривающего пол. – Он ничего не объяснил. Сказал, знает одно безопасное место и может нам помочь…

Блондин приоткрывает рот, затем начинает хохотать, всхрапывая. Встает и протирает очки подолом рубашки.

— Ну ты и засранец, – говорит он Кенджи. – Почему ты ей правду не сказал?

— Тогда она никогда сюда не поехала бы.

— Откуда тебе знать?

— Она чуть не убила меня!

Я перевожу взгляд с одного на другого, со светлых волос на черные и обратно, и наконец не выдерживаю:

— Что происходит? Я хочу видеть Адама и Джеймса. И дайте мне какую-нибудь одежду!

— Ты голая? – Кенджи вдруг забывает обо всем на свете, вглядываясь в мою простыню.

Невольно покраснев, я раздраженно отвечаю:

— Блондин говорит, мою одежду уничтожили.

— Блондин?! – взвился белокурый психолог.

— А вы не представились!

— Уинстон. Меня зовут Уинстон, – сообщает он.

— Вы что-то говорили о костюме для меня?

Нахмурившись, он смотрит на часы.

— Сейчас у нас нет времени этим заниматься. Дай ей что-нибудь надеть, – обращается он к Кенджи, который по-прежнему, не скрываясь, пялится на меня.

— Я хочу видеть Адама.

— Адам пока не готов вас видеть. – Блондин Уинстон кладет ручку в карман. – Мы сообщим вам, когда он очнется.

— Как прикажете вам доверять, если вы не позволяете мне увидеть Адама и Джеймса? У меня нет самого необходимого. Я хочу встать, дайте что-нибудь надеть!