Книга Я попала в злую свекровь, страница 32 – Екатерина Вострова

«Чтоб тебя! — пронеслось в голове. — Ну кто придумал шить рукава шириной с парус? Ну и мода тут, будь она неладна!»

За столом охнули. Михаил опустил взгляд на мокрые штаны и рубаху, потом медленно поднял его на меня.

Я на долю секунды растерялась, но тут же ухватилась за новую возможность.

— Ох, Марфа! — громко воскликнула я, поворачиваясь к невестке с самым виноватым видом. — Смотри, как я неловко! Немного мёда попало и на тебя!

На самом деле на Марфу попало всего несколько мелких капель на рукав, но я сделала круглые глаза и засуетилась:

— Да как же так… Быстро-быстро иди переоденься, пока не засох. Нельзя тебе в таком виде сидеть. Павел, проводи жену!

Марфа растерянно посмотрела на свой рукав, где и правда темнели две-три крошечные капли.

— Матушка, да там почти ничего…

— Ничего?! — я всплеснула руками. — Для женщины в положении любая мелочь важна!

— Идем, я провожу, — тихо сказал Павел.

Я победно выдохнула про себя. Пока они выходили из горницы, я повернулась к Михаилу, который всё ещё сидел с липким мёдом на штанах, и широко улыбнулась:

— А теперь, дорогой, я помогу тебе…

Не давая никому опомниться, я схватила льняную салфетку и принялась очень энергично тереть.

— Сейчас всё исправлю, дорогой…

Михаил напрягся, дыхание у него сбилось.

— Ярослава… — хрипло выдохнул он, хватая меня за запястье.

— Что? — я подняла невинные глаза, продолжая второй рукой старательно вытирать ему бедро. — Я же должна загладить вину. Ты весь такой… мокрый и сладкий. Мёд никак не отходит, придётся как следует повозиться.

Кто-то за столом поперхнулся. Гаврил откровенно заржал. Всеволод закашлялся, так что Авдотье пришлось пихнуть его локтем. Забава стала красная, как свёкла, а Силантий отвернулся.

Я растерянно моргнула. Что это с ними? И только через секунду до меня дошло, как именно это прозвучало. Особенно в сочетании с тем, что я активно тру мужу бедро. У меня мгновенно вспыхнули уши.

Михаил смотрел на меня сверху вниз тёмным, тяжёлым взглядом. На скулах играли желваки. Он медленно выпустил моё запястье

— Достаточно, — низко произнёс он. — Ужин окончен.

Никто не посмел возразить. Старосты начали подниматься, тихо переговариваясь. Гаврил откровенно ухмылялся в бороду.

— А ты, женушка… — протянул муж, чуть повышая голос, чтобы слышали все, — раз так рвешься загладить вину… пойдём со мной. Поможешь переодеться. — и протянул мне руку.

Я мысленно застонала. Сама же устроила цирк, и не откажешься при всех. С тяжёлым внутренним вздохом я вложила свою ладонь в его. Ладно… дойдём до комнат князя, а там как-нибудь смоюсь. Скажу, что устала, голова кружится и быстренько сбегу к себе.

Я вложила в его ладонь свою, всё ещё красная до ушей.

Михаил крепко сжал мои пальцы и рывком поднял меня на ноги, сразу притянув к себе так, что я оказалась плотно прижата к его мокрому от мёда боку.

И только тут я с ужасом поняла, насколько плохой идеей было так старательно «заглаживать вину» у всех на глазах. Под тканью тело мужа было напряжено так сильно, что я ощутила, как оно настойчиво и горячо упирается в меня. Это было так откровенно, что у меня перехватило дыхание.

Я попыталась чуть отстраниться, но он не дал. Просто крепче прижал меня к себе, будто просто поддерживает жену. Со стороны, наверное, выглядело очень трогательно.