Книга Ромашка для Горыныча, страница 42 – Юлианна Клермон

Добираюсь до раздевалки, накидываю куртку и быстро вываливаюсь на крыльцо. На свежем воздухе становится немного легче.

Спускаюсь и отхожу подальше от лавочек. Тут тоже студенты. Собрались небольшими группками. Кто-то курит, кто-то просто весело болтает. Ловлю на себе любопытные взгляды, но стараюсь не встречаться глазами. Подхожу к какому-то дереву, прижимаюсь спиной. Глубоко дышу, стараюсь взять себя в руки.

Открываю глаза и понимаю, что мир вокруг меня вращается. Лица студентов расплываются, голоса звучат, словно издалека. О Боже, как же мне плохо!

— Вау, какая у нас здесь девочка! — слышу мужской голос. — Может, познакомимся?

Пытаюсь открыть глаза, но не могу. Как только открываю, мир переворачивается с ног на голову. Шампанское подкатывает к горлу. Хватаю ртом воздух.

— А девочка-то у нас перебрала! — смеётся кто-то, крепко обхватывает меня за талию и куда-то ведёт.

Всё вокруг упорно вращается, асфальт кажется зыбким, как песок.

— Пусти… — шепчу одними губами, но ноги подкашиваются, я висну на парне и почти не сопротивляюсь.

— Блин, да иди ты нормально! — раздражённо бросает парень и обхватывает ещё крепче.

Пытаюсь стряхнуть с себя чьи-то цепкие пальцы, но руки не слушаются.

— Отпусти… сейчас же… — даже не могу не то, что крикнуть, чётко сказать не хватает сил.

Спотыкаюсь, чуть не падаю. Чужие руки больно сжимают живот. Чувствую, меня сейчас стошнит. Сгибаюсь пополам. Тяжело дышу.

— Да твою мать, ты вообще, что ли? — рычит кто-то зло.

Не отвечаю. Просто наклоняюсь ниже и выворачиваю из себя шампанское и то, что в желудке случайно осталось от завтрака.

— Охренела?! Прямо на новые кроссовки! — матерится тот же голос.

Резкий толчок, и я теряю равновесие. Куда-то лечу, но не долетаю. Зависаю в воздухе, а точнее, у кого-то в руках. Глаза боюсь открыть, только судорожно вдыхаю и закрываю рот ладонью.

— Ни хрена себе, ромашка, как тебя развезло, — тихо, но очень зло цедит кто-то прямо над ухом.

Узнаю этот голос. Мне так стыдно, что я не сопротивляюсь, когда Горин поднимает меня на руки и куда-то несёт.

Слышу щелчок двери и чувствую под собой мягкое сиденье. Откидываюсь на спинку. Выдыхаю и медленно открываю глаза. Кажется, мир больше не вращается, и вообще намного легче стало. Только чувство тошноты остаётся вязким осадком. Во рту неприятный вкус. Попить бы…

Через стекло вижу, как Горин подходит к какому-то парню и коротко бьёт того в челюсть. Незнакомец падает, хватаясь за лицо, и что-то кричит, но Горин даже не оборачивается. Молча возвращается к машине, садится за руль и, не глядя на меня, резко трогается с места.

В машине тихо. Даже музыка не играет.

Кошусь на мажора. Лицо напряжённое, на скулах играют желваки, пальцы до побелевших костяшек сжимают руль.

Злится.

— Егор, останови, пожалуйста, — прошу тихо.

Нет реакции.

— Мне надо выйти, — говорю уже громче.

В ответ полный игнор.

Собираюсь с силами и произношу:

— Горин, останови машину. Мне нужно воды купить.

Не сбавляя скорости, он резко наклоняется в мою сторону, и я невольно отшатываюсь. Бросив на меня короткий злой взгляд, Егор хмыкает, достаёт из бардачка бутылку воды и кидает мне на колени.

Медленно выдыхаю, а он снова замирает, напряженно вглядываясь в дорогу.

Открываю воду, жадно пью, а после закрываю глаза и с облегчением откидываюсь на подголовник. Вода смывает противные ощущения. Чувствую себя уже намного лучше.