Книга Ромашка для Горыныча, страница 36 – Юлианна Клермон

Девчонки, в свою очередь, делятся новостями, общажными и вузовскими.

— Ой, что тут было! — в какой-то момент возбуждённо восклицает Рита и прижимает ладони к щекам. — Ты не представляешь, Сонь! Такие разборки!

— Кто с кем разбирался?

Спрашиваю скорее из вежливости, потому что подобного рода сплетни мне ни разу не интересны.

— Никто ни с кем не разбирался, — резко говорит Алина и кидает на Риту предупреждающий взгляд.

Откладываю вилку, скрещиваю на груди руки и откидываюсь на спинку стула.

— Ну и?.. — жду подробностей.

Рита, смущённая, знакомо теребит рукав кофты. Значит, сейчас выдаст что-то серьёзно-эпичное.

— Да не было там ничего такого, — фыркает Алина и показательно беззаботно кладёт в рот дольку помидорки.

Рита кидает на неё осторожный взгляд, поджимает губы и решительно поворачивается ко мне.

— Сонь, нас просили тебе не говорить, но… Тебя это касается в первую очередь, поэтому я думаю, ты имеешь право знать!

Вообще не понимаю, о чём идёт речь, и что такого могло произойти за время моего отсутствия, что касалось бы меня?

Алина тяжело вздыхает и недовольно качает головой, но я упрямо смотрю на Риту.

— Помнишь, когда ты заболела?

Киваю.

— Ну вот, — продолжает она. — Алинка тогда вызвала "скорую", но врач никак не могла привести тебя в сознание и сказала, что нужно ехать в больницу. И Алинка побежала за ребятами.

Рита замолчала.

— Ну и?.. К чему вся это предыстория? — спрашиваю, не дождавшись продолжения.

— Я побежала к айтишникам, — тяжело вздыхает Алина, понимая, что рассказать всё равно придётся, — потому что они не спали — голоса были слышны. В общем, забегаю, а там Горин. Я только сказала, что тебе плохо и надо в больницу… Короче, он отнёс тебя в "Скорую"… А на утро об этом знала вся общага.

Сердце ёкает. Обвожу девчонок настороженным взглядом и понимаю, что они что-то не договаривают.

— О чём знала?

— Ну, в общем, Горин так смотрел на тебя, когда нёс… У него по лицу было видно, что… ну, ему не всё равно, — пищит Рита и кидает на меня испуганный взгляд.

— А потом он сел в "Скорую" прямо с тобой на руках… — продолжает Алина. — …В общем, Элинка всё это в окно видела. Ну, и пообещала тебя в асфальт закатать. А Горин ей на следующий день устроил такие разборки, что она уже три недели сидит тише воды, ниже травы, ни с кем не разговаривает и даже на занятия не ходит. Девчонки сплетничают, что она собирается переводиться.

Теряю дар речи и только могу открывать и закрывать рот.

Наконец, голос возвращается.

— И что он ей такого сказал? — хриплю.

— Так они наедине разговаривали. Никто не слышал, и Элинка не признаётся. Даже своим подружкам не сказала. Но она после того разговора так рыдала, что в соседних комнатах было слышно.

— Та-а-ак… — тяну. — Ну, а я в этой истории каким боком?

— Ну, — смущается Рита, — типа, Горин всем сказал, что тот, кто посмотрит в твою сторону, будет иметь дело с ним.

— В общем, девчонки сплетничают, что он на тебя запал, — добавляет Алина.

Мне нечего сказать. Только что-то болезненно сжимается внутри, то ли от страха, то ли от растерянности. Не знаю, как реагировать на это заявление после того, что случилось сегодня утром на остановке. Вообще уже не знаю, что думать. Я понимаю, что хоть и не хочу этого, но Горин мне нравится, очень нравится. Но что мне делать теперь, когда кажется, и я ему нравлюсь тоже? Или я для него просто очередная цель?