Книга Вторая жизнь барышни Софьи продолжается, страница 84 – Нинель Мягкова

У мужчин все шло еще лучше. Вокруг Мацея и господина Туровского уже образовалась небольшая толпа, и судя по бумажкам, что то и дело перекочевывали в руки бригадира, без заказов его приятели не останутся.

Бал набирал обороты, и я позволила себе поверить, что мероприятие обойдется без скандала. А то и правда принесет достаточно денег, чтобы обитатели трущоб дожили до лета, ни в чем не нуждаясь.

— Пять тысяч двести сорок три рубля! — торжествующе заявила госпожа Воронцовская, потрясая старомодными деревянными счетами.

Те прошуршали что-то бодрое, соответствующее моменту, и затихли, брякнувшись обратно на стол.

Мы с Розалией переглянулись и обессиленно сползли в креслах.

Время близилось к рассвету, но покинуть дом Воронцовских, пока мы не узнали точный объем пожертвований, мне не позволили. Я была готова поверить хозяйке вечера на слово, но она решительно приказала ждать.

Спорить с ней себе дороже, это я уже уяснила и тихо дремала под шуршание векселей и расписок, щелчки переставляемых костяшек и бормотание старшей госпожи Воронцовской. То одобрительное, то осуждающее. Видимо, кто-то все же пожадничал.

— Только деньгами? — я с трудом подавила зевок.

— Товары отдельно, сама считай. Я тебе не купчиха, в себестоимости разбираюсь весьма приблизительно, — фыркнула госпожа Воронцовская, придвигая ко мне отдельную внушительную стопку.

Сон с меня как рукой сняло.

— И много там? — Розалия с любопытством заглянула мне через плечо, а я перебирала расписки и бланки с нарастающим восторгом.

Было от чего обрадоваться: только материальной помощи трущобам хватит, чтобы, не слишком ужимаясь, протянуть еще два-три самых тяжелых и холодных месяца. Февраль вечно лютует, а в марте иногда заморозки случаются не хуже декабрьских. Пока сойдет снег, пока первая зелень проклюнется, которую в суп отправить можно… А тут и мука, и крупа, и сахар с солью, не говоря уже о телегах с дровами и углем. Градоправитель под давлением супруги расщедрился и отписал сразу по три.

Господин Савеловский, уездный врач, пообещал два дня в неделю принимать нуждающихся в его помощи бесплатно. Лекарств не предлагал, за него постарался владелец аптеки. Ничего дорогого и редкого. Хинин, сода, йод, рыбий жир в бутылочках. Но и это бесценно, особенно для страдающих от недостатка витаминов детей.

Порадовала моя неизменная модистка госпожа Мартыновская. Она изъявила желание принять шесть девочек или молодых девушек на мелкие работы, не требующие особых навыков. Погладить ткань, перебрать рулоны, подшить край постельного белья.

А еще удивила вдова Пташинская.

На балу я ее не заметила, да если бы мы и нос к носу столкнулись, вряд ли бы узнала за давностью лет. Но, как оказалось, она владела доходным домом, сдавала квартиры. И предлагала работу уборщиков крепким мужчинам среднего возраста.

У меня имелись смутные сомнения насчет цели ее предложения, учитывая роман со Сташевским. Почтенная матрона питала некую слабость к молодым и физически развитым телам. Но поскольку лично мне она ничего дурного не сделала, пусть себе развлекается. Все пользу принесет.

Другой вопрос, крепкие мужчины среднего возраста обычно трудились на тяжелых работах. На фабрике или лесоповале, к примеру. Кстати, один из литейных заводов тоже подал заявку на рабочие руки. Но меня это как раз не сильно порадовало: условия там отвратительные, текучка кадров и травматичность жутчайшая. Только новых иждивенцев-инвалидов трущобам не хватало.