Книга Могущество на краю империи, страница 37 – Ян Бадевский

Ловко он соскочил с прямого ответа.

Но поворот — огонь.

Когда я произнёс следующую фразу, на моих губах играла кровожадная усмешка:

Слушаю и повинуюсь.

Вот уж никогда не думал, что отправлюсь за тридевять земель помогать… Дому Волка. Но положение на фронте складывалось дерьмовое. Для России. Со стороны Монголии никто не ожидал нападения, и пограничные посты вдоль южной границы были, мягко говоря, в упадке. Волки торговали с китайцами. Совместные предприятия, инвестиционные проекты, туризм…

Короче, Волконские не успевали собрать серьёзную армию.

Тигры не успевали быстро подтянуться к разоряемым землям.

Прыгуны могли преодолевать тысячи километров в мгновение ока, но что это даёт? Против орды ловких и сильных зверей диверсанты с ножичками — ничто. Я понимал, что перевес на поле битвы могут обеспечить только мехи и сильные стихийники, бьющие по площадям.

И всё же, ополчение иркутских дворян высадилось с десантных кораблей в районе Мамая, разбило укреплённый лагерь и отбросило передовые отряды противника. По последним сведениям кранги отступили, перегруппировались и слились с основными силами. Штурм лагеря северян должен был начаться с минуты на минуту. Если уже не начался…

Я перевёл всех своих во второй дом, под охрану мастера Багуса, а в Бродягу позвал тех, кто должен был радикально изменить расклад. Луку Чхартишвили, моего ударника-геоманта, Алесю Новацкую, электрика, кинетика Игоря Гриднева, троих пиромантов и одного криоса. Дополнительным аргументом служила ракетная установка с заготовленными шестью ракетами, которые я экономил из последних сил, но… такова судьба. По моему распоряжению Федя уже начал пополнять боекомплект, а скоро я научу этому сложному искусству Такахаси — японцу вполне по силам сложный призыв.

Демон рвался в бой с нашей механизированной бригадой, но я категорически запретил. Никакого фанатизма. Я Волконским помогу, но без ущерба для своей гвардии.

К байкальскому побережью мы прибыли на рассвете.

Холод стоял адский. Выпал первый снег, и в лагере обороняющихся иркутских дворян горели костры. Бесчисленные костры, несколько десятков, а то и сотен. У берега стояли десантные транспортники с откинутыми аппарелями. Над кромкой воды парил дирижабль.

А с юга уже надвигалась вражеская лавина.

У меня не было времени что-то согласовывать с наземными силами. Я предупредил через Ольгу лидера этого войска, чтобы по нам не били и поднял Бродягу в воздух на несколько сотен метров. Распределил всех своих одарённых по внешнему борту, обеспечив максимальную видимость с помощью кольцевого панорамного окна. Сам же оделся потеплее и отправился на выдвижную площадку, где уже был установлен ПТРК «Эол». Сегодня придётся поработать с перезарядкой. Таков путь самурая, хо-хо-хо!

— Бродяга, дистанция до линии фронта.

— Шесть с половиной километров, Сергей.

Дисколёт, в который мы превратились, завис над землёй, нарушая все законы физики. У нас не было ни винтов, ни авиационных или ракетных двигателей, вообще ничего. Да, технологии Предтеч ещё веками будут оставаться загадкой для человечества.

— Спроси у Чёрта, как близко ему надо подойти для удара.

Через пару секунд Бродяга ответил:

— Зона видимости.

Я так и думал.

Большинство одарённых, будь то пирокинетик или геомант, должны просто видеть цель. Движение ки и связанные с этим метаморфозы в теории ничем не ограничены. Нам известен лишь один барьер — человеческое восприятие.