Книга Ствол и артефакт, страница 25 – Андрей Левицкий

— Вот же уродство! – с чувством сказал Пригоршня, переворачивая мотор на палубу и разглядывая его. – Так все удачно шло – тут на` тебе, тварь эта откуда‐то выскочила!

Он пнул ни в чем не повинную железяку и сел у кормы, свесив руки между колен. Я устроился на ящике возле носа, снял порванную куртку, через голову стянул рубаху, обмотал ею торс – рана на спине была неглубокой, но все еще кровоточила, – затем надел куртку обратно.

— Попить есть чего?

— На… – Он бросил мне флягу. Отвинтив крышку, я приник к горлышку и принялся жадно глотать тепловатую воду. Потом вытер губы.

— Ну, рассказывай.

— Да что рассказывать… – Пригоршня махнул рукой. – Грузовик тот – помнишь, как перевернулся? Это в него два кабана разом врезались. Причем необычные какие‐то, я раньше не видал таких. Здоровенные очень, мне аж поплохело, когда они из‐за памятника выбежали. Такие… Ну, по плечи нам, и ноги как балки. Они грузовик и своротили.

— Ты ж на нем стоял, как тебя не раздавило? – спросил я. – Или по ступеням не размазало?

Он пожал широкими плечами.

— Да я спрыгнуть успел. Сиганул оттуда со страху – как все равно заяц какой, и «Грозу» свою при этом упустил. По ступенькам покатился, локоть расшиб… Но ничего, вскочил и деру дал, потому что один кабан за мной побежал. Думал я в окно запрыгнуть, так там в стене окон не было вообще. Я за угол завернул, встал на колено и давай зверюгу эту поливать… У меня уже гранат не было, понимаешь? Я ж тебе говорил в Баре: больше надо брать, а ты – «не надо, тяжелые, идти далеко…»

Я хмуро посмотрел на него.

— Ну ладно, ладно! В общем, целый «рожок» потратил, но таки свалил его. Башку, понимаешь, разворотил – а он все бежал и бежал… Но прям возле угла упал все же, ногами своими брыкнул и сдох. А за ним уже крысы, да и псы там были, потому я дальше от них… Обогнул весь кинотеатр, думал, может, ты с другой стороны выскочишь, но ты так и не появился. Потом… В общем, долго рассказывать.

— Но почему ты к парому приплыл?

— Так за тобой же, – удивился он.

— Это я понял. Но откуда ты знал, что я там? ПДА?

— Ха – ПДА! Он у меня вообще ни черта не показывал…

— Что, и ребят Курильщика тоже? Я, когда по Чернобылю бегал, нашел одну машинку, включил, и она показала, что они на пароме. Потому туда и поплыл.

Напарник помотал головой.

— Не, не знаю. Мой молчал, как партизан, пусто по всему району. То есть Чернобыль вижу на карте, Припять вижу, но ни одной метки во всей округе. Вот… – Он привычным движением отдернул рукав, посмотрел и коротко выругался.

— Что? – Встав, я шагнул к напарнику.

— Тут… Ё! Исчез…

— Медведь?

Никита показал мне пустую карту на экране.

— Фиолетовая метка, да. Только что возникла, там, возле поворота. И…

Метка появилась опять. Она пульсировала в быстром темпе.

— Что это значит? – изумился Пригоршня.

— Не знаю. Что‐то похожее и я видел.

Метка не перемещалась, лишь мигала, оставаясь на месте. Еще почти минуту мы пялились на нее, после чего я вернулся к носу катера.

— Ладно, дальше рассказывай. Как ты меня увидел?

— Ну как – в бинокль. Уже темнеть стало, я на берегу залег, на пристани паромной бывшей. Там такой домик, то есть не домик, а будка железная, с крышей, – на ней и устроился. Крысы с собаками туда залезть не могли, вокруг только бегали. К тому времени я уже и «Кипарис» бросил, вернее, когда патроны закончились, я им башку крысоволку раскроил, ну он и зацепился дырой в черепе за скобу… В общем, и его я вслед за «Грозой» упустил.