Книга Черный ратник 2, страница 77 – Макс Гато

Где-то в домах раздавались голоса местных жителей. Семья — отец, мать и сын — тащила несколько мешков с пожитками. Пока воины готовились к смерти, город тихо истекал жизнью.

У склона, ведущего в горы, звучал тихий шёпот, сдавленный плач и скрип колёс телег и повозок. Старики, женщины, закутанные в платки, дети с огромными, полными страха глазами. Они все покидали Белоярск через узкие проходы в скалах, оглядываясь на тёмные силуэты домов, где родились и выросли. И тут же исчезали в ночи, в неизвестности.

Я знал это. Как знал и то, что пока все мирные жители не выберутся из города, взорвать его не получится. Поэтому я терпеливо ждал. Ждал того, что эвакуация завершится до начала штурма. Однако, судя по времени, этого произойти просто не могло. Мы опаздывали.

Давление нарастало с каждым часом. Воздух был наэлектризован, как перед грозой, хотя в небе не было ни облачка. Звёзды холодно и равнодушно смотрели на приготовления Белоярска. Все понимали: главная задача сейчас отбить штурм и выиграть время, чтобы каждая повозка успела уйти. И Велес мог дать сигнал к исполнению плана.

Ночь медленно уползла, уступая место рассвету. Воздух стоял неподвижный и прохладный, небо медленно светлело, утратило бархатную черноту и окрасилось в грязные, свинцовые тона. На стенах было слышно лишь тяжёлое дыхание солдат и лязг металла.

Серая, густая дымка медленно поползла по земле. Часовой у восточного завала, молодой парень из ополчения, протёр глаза, решив, что они слипаются от усталости. Но странная дымка не рассеялась. Она стелилась и двигалась от лагеря мятежников, пожирая первые лучи солнца и делая утро ещё более мрачным.

— Туман? — неуверенно произнёс кто-то на стене.

Я стоял рядом с Ярославой на гребне завала и внимательно всматривался в рассвет. Туман не казался мне обычным. Он был неестественно однородным и двигался целенаправленно. И самое главное — поглощал звук. Далекий лай собак из лагеря мятежников, который был слышен несколько мгновений назад, внезапно исчез, как будто кто-то захлопнул дверь. Мир погружался в зловещую, ватную тишину.

— Работа мага, — спокойно, без эмоций констатировал я. — Он искажает реальность.

Туман накатывал медленно, но неотвратимо. Он уже подполз к подножьям дальних холмов, минуя линию леса. И вот его первые холодные языки лизнули основание стен и остановились.

В этот самый момент, когда туман достиг Белоярска, в нём заиграли смутные, едва различимые тени. Они медленно превращались в чёткие силуэты. Шеренга за шеренгой шла в тумане беззвучно, без криков, без звона доспехов. Они двигались ровным, неспешным строем.

— Готовсь! — скомандовал я, едва заметив угрозу.

Только мятежники выглядели не так, как прежде. У одних не хватало наплечников, у других не было шлемов, у третьих были покорёжены доспехи и погнуты мечи. Кожа у бойцов была мертвенно-бледной, насквозь пробитые латы и кольчуги не издавали ни звука. Но самое главное — в тумане я чётко мог различить пустые глазницы, в глубине которых тлел тусклый, бледный огонёк.

Походка в строю была деревянной, неловкой, с запоздалым шагом. Одни шли, волоча ноги, другие неестественно прямо, с застывшими, окоченевшими суставами. Но при всей своей неуклюжести было ясно: к Белоярску надвигалась неотвратимая сила.