Книга Черный ратник 2, страница 76 – Макс Гато

— А чего переживать? — совершенно равнодушно проговорил я и взглянул на стены Белоярска. — Враг растрепал нам о времени нападения. Не будем его расстраивать.

— Это всё ещё может быть ловушкой, — осторожно произнёс один из бойцов.

— Вполне, — согласился Велес. — Но решение принято. Будем ждать штурма с рассветом.

— Лишним не будет, — согласился я.

— Усилить дозоры втрое! — Велес продолжил говорить и на этот раз временный глава рода Громовых обращался ко всем окружающим. — Все ратники и командиры на позиции за два часа до рассвета! Готовимся к штурму и продолжаем эвакуацию.

Он сделал небольшую паузу, бросил бумагу на землю и втоптал её в грязь.

— И притащите уже смолу на стены! — прорычал Велес. — Разберёмся с приглашением этого Августа сталью и огнём.

Этой ночью в Белоярске больше никто не спал. Город затаился, напрягся, как зверь перед прыжком, и каждый закоулок был наполнен тихим, методичным движением. У главного завала командовали Ярослава и Иван. При свете смоляных факелов их гигантские и искажённые тени силуэтами метались по грудам камней.

— Три шеренги, — уставший голос Ярославы разрезал ночную тишину. — Лучники, арбалетчики — на гстены. Копейщики, мечники — на уступ ниже. Резервы — к подножию. Меняемся по команде.

Могучая фигура Ивана оказалась опорой всего шатко сооружённого укрепления в проломе стены. Он молча наблюдал за суетой, и его простое лицо было особенно серьёзно.

— Слышали? — он обернулся к группе ополченцев. — Меняемся по команде.

— Лучше смениться и отдохнуть, — добавила Ярослава, — чем умереть, попытавшись геройствовать.

Рыжая расставляла людей, Иван же общался с ополченцами, молодыми и старыми, попроще. Кое-где он поправлял щит на плече у бойца, иногда помогал передвинуть слишком тяжёлый камень совсем дряхлому ветерану. Несмотря на отсутствие ауры, он излучал не только силу, но и стабильность, становясь незримым фундаментом обороны на этом участке.

Соловьёва я расположил на покосившейся башне. У него была техника, чтобы, если что, спрыгнуть вниз. Он нашёл там, наверху, свою позицию — узкую площадку за зубцами, откуда открывался идеальный вид на подходы к городу и пространство перед завалом.

В отличие от обычной суетливости и мандража, сейчас он был спокоен. Действия были выверенными, почти механическими, в нём чувствовалась отстранённая, холодная концентрация. Он был на башне один, и от его меткости зависело многое. Вот только и целью он был отличной — в том случае, если маг решит вмешаться.

Я же медленно обходил позиции. Мои шаги были бесшумными, взгляд просто сканировал каждую слабость и потенциальную точку прорыва. На лицах молодых ополченцев читался страх, ветераны излучали решимость, но явно подустали.

— Запомните, — негромко произнёс я, но мой голос слышали все. — Первый натиск будет самым яростным. Не старайтесь убить их сразу. Они будут карабкаться к вам наверх, пробиваться через баррикады. Бейте по слабым местам. Каждый раненый будет мешать сразу десятку других.

Раздались ободрившиеся голоса бойцов, и я удовлетворённо кивнул, а затем остановился рядом с Ярославой и Иваном.

— Меняйтесь почаще, — сказал я. — Даже если пока тихо. Усталый боец — мёртвый боец.

Моё холодное спокойствие подействовало на них как ушат ледяной воды. Оно напоминало, что всё, что происходит, это лишь цепочка решений и действий, и эмоции в ней были лишним звеном.