Книга Видок 1-5, страница 775 – Григорий Шаргородский

Тишина, царящая у входа в Черную Пасть, напрягала меня больше, чем атака каких-либо супостатов. Особенно тревожило бездействие Пастыря зверей. За все время он никак себя не проявил, но это не значит, что так будет и дальше.

Именно беспокойство из-за этого персонажа заставило меня сразу перейти к действиям.

— Спешиваемся. У входа остаются трое казаков и проводник. Остальные со мной.

Перед входом в зев, уже не казавшийся таким пугающим, я остановился и еще раз осмотрел наш отряд. Все выглядели решительно, что можно было определить только по блеску глаз. Лица закрыты, у кого — концами башлыка, а у кого — и самодельными тканевыми масками. Приключений в винном погребе хватило всем. Вон даже монах щеголяет в одолженном мною респираторе. Такой же — на мне и на моих подопечных. Коту ничего подобного не досталось, но я был уверен, что он как-то выкрутится. Словно услышав мои мысли, Леонард Силыч с укоризной глянул мне в глаза и грустно вздохнул.

Ну что же, пора. Проверили оружие и достали фонари. Увы, магических было только три. Ну не собирался я лезть под землю, надеялся, что перехватим беглецов в лесу! Так что пришлось использовать и заготовленные в стойбище факелы. Внутрь первым вошел Сохатый, за ним — сам настоявший на этом монах. Дальше — я и Намия, которую подпирал Чиж. А уже в хвосте — четверо казаков с факелами.

Эргиса я, немного подумав, все же оставил снаружи. Очень не хотелось переживать еще и за тылы, а парень он не только надежный, но и опытный, тем более в лесу. Так что нечего тащить его под землю. К тому же я заметил, как сахаляр побледнел, глядя в пугающую тьму Черной Пасти.

Да что уж там, струхнули мы все, хоть и старались не показывать своих чувств окружающим. Лучше всех, как ни странно, выглядела Намия. И это даже пугало. Мое отношение к девушке вообще постоянно скакало от крайности к крайности, что будоражило и немного возбуждало.

Тьфу ты, кикимору мне в тещи! Очень «правильное» место и время для подобных мыслей.

Земляной тоннель с деревянными подпорками и реечным потолком, который очень хорошо заливали светом магические фонари, закончился через десяток метров. Внутри было неуютно и как-то ненадежно. Нам очень повезло, что пастыри не обрушили этот ход за собой. Они явно надеялись на быстрое возвращение сил своей хозяйки и на то, что мы окажемся не таким уж шустрыми. А вот нам остается лишь уповать на тщетность их надежд. В противном случае солнца мы уже не увидим.

Земляная штольня упиралась в здоровенные деревянные ворота, в которых кто-то просто прорубил большую дыру. Да уж, и здесь они постарались. Весь путь мы прошли свободно — нигде не нагибаясь и не протискиваясь. А за воротами вообще обнаружилось обширное пространство с потолком под три метра, да и в ширину не меньше десятка шагов. Свет фонарей и факелов бессильно растекся по подземелью и стал более тусклым.

Это был настоящий подземный дворец. Широкий коридор уходил вдаль, и его конец терялся во тьме. Причем все это я уже однажды видел. Именно через этот коридор Гнев и Гордыня тащили Злобу к алтарю. Что-то мне подсказывало, что нам тоже придется пройти по этому маршруту. Одно хорошо — не нужно плутать по закоулкам явно немаленького подземного комплекса.

Чтобы попасть в тронный зал с алтарем, необходимо было пройти этот коридор до конца, а затем пересечь еще один большой зал-приемную. С коридором проблем не возникло, но, как только мы вступили в следующее помещение, пожарной сиреной взвыл Леонард Силыч. Намия тут же стянула с себя респиратор и перехватила удобнее бубен. В разлившуюся по подземелью гортанную песнь подобно ударам сердца вплеталось биение шаманского бубна. Это не остановило рванувших к нам духов, но сильно их замедлило.